С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Георгий Ситнянский

ТРИ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРЕКТА В СРЕДНЕЙ АЗИИ

Для стран Среднеазиатско-Казахстанского региона (далее - просто Региона), как и для России, опасность может представлять как радикальный ислам (если не для всего Региона, то, по крайней мере, для слабо исламизированных евразийских Казахстана и Киргизии), так и китайская экспансия. Поэтому как странам Региона, так и России необходимо принимать совместные меры по недопущению как торжества сторонников "Халифата", так и китайской экспансии.

Исходя из всего этого, России необходимо рассмотреть аспекты взаимодействия с государствами, которые, как и она, имеют интеграционные планы в Регионе. Речь идет об Иране и Турции. Начнем с турецкого проекта.

29 ноября 2008 г. в Туркменбаши (бывший Красноводск) в Туркменистане впервые встретились лидеры Туркменистана, Азербайджана и Турции. По информации МИД Туркменистана, главы трех государств, помимо вопроса торговых отношений, обсудили и проблемы сотрудничества в энергетической сфере.

Интересам России соответствует проект энергетической интеграции с цивилизационно близкими ей евразийскими (т.е. населенными преимущественно скотоводческим по традиционному роду занятий населением кипчакского происхождения) государствами региона - Казахстаном и Киргизстаном. Так вот, с 2006 г. рассматривался и вот, наконец, начал реализоваться проект, предложенный еще в начале 1996 г. - о поставках в Киргизию российских энергоносителей в обмен на дешевую киргизскую электроэнергию для Сибири.

Жизнь, правда, внесла в эти планы некоторые коррективы: Киргизстан, обладающий громадными гидроэнергоресурсами и ранее всегда поставлявший электроэнергию в соседние страны, начиная с зимы 2007-2008 гг., из-за недостаточного стока воды в водохранилища вследствие таяния ледников сам испытывает нехватку электроэнергии.

Поэтому в современных условиях, когда Киргизии не до поставок, предлагаемый "товарообмен" выглядит несколько иначе - в обмен на участие России в строительстве новых энергетических комплексов, в первую очередь Камбар-Атинского каскада ГЭС, "Газпром" пообещал выделить Бишкеку нужное количество газа из тех объемов, что российский концерн закупает в Узбекистане. Думается, что при необходимости Бишкек получит газ и из России. В т.ч. в перспективе, вероятно, и через строительство новых газопроводов по территории Казахстана.

В перспективе же, после решения Киргизстаном проблем со своим электричеством, сотрудничество будет предусматривать и поставки киргизской электроэнергии в Сибирь в обмен на нефть и газ. Возможно, это будет первый шаг к российско-казахстанско-киргизстанской интеграции в рамках евразийского проекта.

Как бы то ни было, два месяца назад, 11 апреля 2011 г., на заседании правительства Киргизстана обсуждался вопрос о сформировании комиссии, которая будет уполномочена провести переговоры о вступлении в Единое экономическое пространство и Таможенный Союз.

Но если Казахстан и Киргизстан входят в Евразийскую общность, то и Турция, и Азербайджан составляют определенное цивилизационное целое с Туркменистаном. Титульные народы всех трех государств принадлежат к одной и той же подгруппе тюркских языков - огузской, поскольку все они являются потомками турок-сельджуков, в XI в. смешавшихся с оседлым иранским и малоазийским населением, воспринявших его культуру, но передавших ему свой язык.

Душевой ВВП в России составляет 15000 долл., в Турции - 12000, в Казахстане - 11000 (в последние годы эта страна успешно развивается, становясь, наряду с Россией, локомотивом евразийской интеграции). У интегрируемых стран Средней Азии этот показатель в разы ниже.

Так вот, если задуманное главами трех огузско-турецких государств удастся, то, наряду с Евразийским проектом интеграции, в Среднеазиатском регионе начнет реализовываться проект пантюркистский, как раз примерно в рамках Сельджукского государства (по крайней мере, в рамках тех его территорий, которые были населены собственно тюрками-огузами). Термин "пантюркизм" мы привыкли употреблять в ругательно-пугательном смысле (и сами турки далеко не всегда его одобряют), однако из сопоставления субъектов интеграции видно, что евразийский и пантюркистский проекты нигде не пересекаются и друг другу не мешают, даже если за интеграцией энергетической последует политическая (о чем пока речи нет).

Только энергетической основой пантюркистской интеграции станут не поставки электроэнергии, как в евразийском случае, а поставки нефти и газа: по дну Каспийского моря будет-таки проведен нефтепровод. На первый взгляд, ничего хорошего нашей стране этот вариант не сулит: Турция - член НАТО, а именно транскаспийского нефтепровода Россия опасается как продолжения направленного в обход ее территории нефтепровода Баку-Джейхан. Однако не все так просто.

Само по себе членство в НАТО еще ни о чем не говорит - например, Франция и Германия, будучи членами Альянса, в свое время выступили против войны США в Ираке куда более решительно, чем Россия, а весной 2008 г. почти все "старые" европейские члены НАТО (включая традиционно проамериканскую Великобританию) заблокировали прием в эту организацию Украины и Грузии.

Кроме того, США опасаются (и не без оснований), что Турция, реализующая свои пантюркистские планы, вырвется из-под их контроля. Не в последнюю очередь поэтому США не настаивали на отправке в Афганистан турецких контингентов, хотя, казалось бы, турецкая армия - вторая по силе в НАТО, имеет большой опыт войны в горах (с курдами), а главное - турок как мусульман афганское население воспринимало бы лучше, чем американцев и европейцев.

В общем, в интересах России, чтобы Турция реализовала свои пантюркистские проекты, оставаясь при этом членом НАТО и в то же время поддерживая дружеские отношения и с нашей страной (и в рамках Региона - с нашими евразийскими партнерами). Влияние в Турции России и США уравновешивало бы друг друга и совместно предотвращало бы какие-либо угрозы исламского радикализма.

Но в Регионе имеется и еще один проект интеграции - паниранистский. Так, налицо самоидентификация Таджикистана как части иранского мира. В рамках пока гипотетического "союза ираноязычных государств" (Иран, Афганистан, Таджикистан) уже идет строительство при участии Ирана Сангтудинской ГЭС, тоннеля Анзоб и т.д. Подобный "паниранизм" не так уж нереален хотя бы в силу решительной враждебности Ирана суннитским исламским радикалам (таджикским и афганским), претендующим на власть в своих странах. При этом Иран однажды (в 1997 г.) уже урегулировал вместе с Россией внутритаджикский конфликт, вынудив "Народный фронт" и Объединенную таджикскую оппозицию сесть за стол переговоров.

В последнее время появился еще один фактор, делающий весьма желательным российско-турецкое и российско-иранское сотрудничество, в т.ч. и в Средней Азии. Весьма вероятно, что в не столь далеком будущем войска США и их союзников уйдут из Афганистана. Можно как угодно относиться к этому военному присутствию, но, несомненно, что сейчас войска НАТО сдерживают напор исламских радикалов - талибов и прочих, удар которых в противном случае пришелся бы, в т.ч., и по бывшим союзным республикам в Средней Азии. Кто сомневается в этом, тому необходимо вспомнить, что творилось в регионе в 2-3 года, предшествовавшие оккупации Афганистана странами НАТО. Например, Киргизстан дважды - в августе 1999 и в августе 2000 гг. - подвергался вторжениям в районе Баткена, и только оккупация Афганистана войсками НАТО после 11 сентября предотвратила еще более масштабные акции такого рода в 2001 г.

Паниранистский проект предусматривает интеграцию Афганистана в паниранское единство с нейтрализацией наиболее агрессивных сил (талибов и им подобных). Иран, при том, что это тоже исламско-фундаменталистское государство, все же был бы лучше "Талибана" не только для России и стран Региона, но даже для США. А шансы на интеграцию Афганистана у него есть. Хазарейцы (и часть таджиков) являются его сторонниками, имеющими свои неплохие боевые группы. 46% международной помощи Афганистану в 2002-2005 гг. приходилось на долю Ирана, причем она шла в основном на сельское хозяйство и энергетику. Иран - важнейший внешнеторговый партнер Афганистана. Из 196 иностранных компаний, работающих в стране, 72 являются иранскими, а еще 45 иранских компаний работают в стране в сотрудничестве с британскими, итальянскими и другими западными. В 2006 г. Иран заключил соглашение с Афганистаном и Таджикистаном о строительстве 500-киловольтной линии электропередач. Тогда же было начато строительство железной дороги из Ирана в Афганистан (сейчас эта страна своих железных дорог не имеет). Наконец, с 2005 г. Иран оказывает помощь Афганистану в подготовке пограничников и полицейских, причем это происходит при поддержке Великобритании.

Опять-таки, паниранистский проект интеграции не пересекается ни с евразийским, ни с пантюркистским.

При реализации этих трех проектов интеграции, способных поделить Регион, не мешая друг другу, Китай останется не у дел. Одновременно будет положен предел и влиянию радикального ислама, по крайней мере, суннитского: как в Регионе, так и в СУАР большинство верующих мусульман - сунниты, Иран же, хотя и управляется исламскими фундаменталистами, но менее опасен в этом плане как шиитская страна.

Однако, кроме того, необходимо помнить еще и об Узбекистане, который не попадает ни в один из данных проектов. Тогда он останется одиноким в Регионе и вынужден будет пойти на более тесное партнерство с какой-то другой силой - с Китаем или с США. А, возможно, находясь между тремя взаимно уравновешивающими друг друга интеграционными проектами, Узбекистан будет играть на том, что все три потенциальных союза станут нуждаться в буфере, не допускающем усиления одного проекта за счет других.

Так или иначе, идея трех интеграционных проектов - евразийского, пантюркистского и паниранистского - представляется перспективной.

Ситнянский Георгий Юрьевич, кандидат исторических наук, научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН, специально для Интернет-журнала "Новое Восточное Обозрение"

По информации - Новое Восточное Обозрение

15.06.2011