С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Нина Мамедова

ИРАН: УЖЕСТОЧЕНИЕ САНКЦИОННОГО РЕЖИМА И ЕГО РЕЗУЛЬТАТЫ

В отношении Ирана санкционные меры, которые в последние пять лет стали одной из самых актуальных проблем для мирового сообщества, применялись и раньше. Первый масштабный набор санкций был применен правительством Великобритании и английской Англо-Иранской нефтяной компанией (АИНК) в ответ на национализацию нефтяной промышленности в 1951 г. Английское правительство заморозило иранские стерлинговые активы в Лондоне, наложило ограничения на ввоз в Иран и на использование Ираном стерлинговой валюты, запретило экспорт в Иран таких для него необходимых в то время товаров, как сахар, чугун, сталь, цветные металлы, различные сплавы, железнодорожное оборудование. Даже суда с этими товарами, хотя они были оплачены Ираном, были возвращены обратно. АИНК наложила запрет на закупки иранской нефти компаниями или отдельными лицами, что катастрофически отразилось на финансовом положении Ирана. Экспорт нефти уже в 1952 г. был фактически прекращен. В 1950 г. он составлял 31,2 млн. т, в 1952 г. составил всего 14 т. Платежный баланс в 1952 г. оказался почти на нулевом уровне. Возникшая ситуация была разрешена не экономическим, а политическим путем - через военный переворот, организованный и профинансированный США, в результате которого было смещено правительство Мосаддека.

Особенно широко санкционный режим в отношении Ирана стал применяться после исламской революции, хотя накануне революции последний премьер-министр шахского периода Ш.Бахтияр использовал санкции как метод внешней политики, введя эмбарго на экспорт нефти в Израиль и ЮАР.

Первые существенные санкции были введены против Ирана со стороны США в связи с захватом американских заложников. Аналогичные санкции были приняты и некоторыми членами ЕС.

В первые двадцать лет существования ИРИ санкции носили, главным образом, односторонний характер, т.к. практически постоянной сохранялась санкционная политика США в отношении Ирана, которая то ужесточалась, то ослабевала. Европа предпринимала санкционные меры лишь эпизодически. В этот период в основе введения санкций со стороны США и Европы лежали, главным образом, политические причины - захват заложников, убийство в Европе иранских оппозиционеров, поддержка "Хезболла" и т.п. В последние годы основным мотивом введения санкций против Ирана стала реализация им своей ядерной программы. После принятия 4-х Резолюций СБ ООН, начиная с 2006 г., санкции приобрели международный характер. Набор санкционных мер, применяемых отдельными странами и международным сообществом, был различным. Первые три санкционные Резолюции СБ ООН (от 2006-2009 гг.), хотя, несомненно, влияли на формирование политики ИРИ как внутри страны, так и на внешнеполитическом треке, но не носили масштабного характера. Стратегия ООН в выработке санкционной в отношении Ирана политики делала акцент на применении т.н. "умных санкций", направленных в основном против лиц и компаний, принимающих участие в разработке ядерной программы и в принятии решений относительно ее развития. Тем не менее, постепенно набор международных санкций расширялся.

Наиболее жесткую санкционную политику в отношении Ирана проводили США, ставя своей основной целью изменение иранского режима как главной угрозы Израилю. Учитывая опыт периода Мосаддека, сохраняющуюся до сих пор сильную зависимость Ирана от нефтяных доходов, США стали вводить санкции, ограничивающие эти доходы - от запрета на закупки иранской нефти до запрета инвестиций в эту отрасль. Наиболее негативный характер для Ирана имели американские санкции в отношении ограничений инвестиций в энергетическую отрасль, начиная с 1996 г. (1996 г., 2001 г., 2006 г., срок действия последних - до конца 2011 г.). Эти санкции касались не только американских, но и иностранных компаний, инвестирующих в иранскую энергетику. Но т.к. санкции ужесточались постепенно, чередуясь с периодами послаблений, иранская экономика также постепенно приспосабливалась к ним. Например, после 1994 г., когда США ввели эмбарго на закупки иранской нефти, Иран не только компенсировал американский рынок экспортом в Азию, но и поставлял нефть на Карибские острова, откуда она после переработки перевозилась в США. После принятия законов о санкциях против инвесторов в иранскую нефтегазовую промышленность Ирану удавалось привлечь в нефтегазовую отрасль иностранные инвестиции, многим из компаний удалось обойти американский запрет, были построены газопроводы в Турцию, в Армению.

Безусловно, американские санкции сыграли свою роль в сокращении добычи нефти (в 1976 г. - 5,9 млн. барр./сутки, в 90-е гг. - в среднем 3,0-3,5 млн. барр./сутки). Тем не менее, начиная с 1990-х гг., Иран постепенно наращивал объемы добычи (в 2009 г.- 4,2 млн. барр./сутки), а рост цен на нефть нивелировал потери от снижения мощностей нефтедобычи. Санкции, связанные с разработкой ядерной программы и касавшиеся в основном ограничений в области поставок в Иран ряда товаров, преодолевались путем реимпорта из третьих стран, среди которых одним из основных каналов поставок в Иран стали ОАЭ, особенно Дубай с его многочисленной иранской диаспорой.

Но в середине 2010 г. ситуация кардинально изменилась. При голосовании в Совете Безопасности против новых санкций высказались только Бразилия и Турция и воздержался Ливан. Все остальные делегации, включая Россию и Китай, резолюцию СБ ООН от 12 июня 2010 г. поддержали. При этом и Россия, и Китай добились того, что в окончательном варианте Резолюции СБ санкции были более ограничены, чем в предложенных вариантах. Однако Соединенные Штаты этим не были удовлетворены и уже 1 июля ввели дополнительный пакет односторонних санкций в отношении Ирана, призывая последовать этому примеру другие страны. 26 июля 2010 г. дополнительные санкции ввел Европейский Союз, а затем к ним стали присоединяться другие страны, даже ОАЭ, получавшие огромную выгоду от транзитной торговли в Иран. Сам этот процесс придания американским санкциям международного характера отразил иерархичность современной международной системы.

Безусловно, введение нового пакета санкций не может не оказать влияния на расклад внутриполитических сил в Иране, на внешнюю политику страны, а главное - на экономическую ситуацию. В 2010 г. объем ВВП вырос всего на 1,5%, падения ВВП до отрицательного и тем более нулевого уровня не произошло, динамика ВВП осталась положительной, а сам ВВП превысил (по паритетам покупательной способности) 800 млрд. долл., или более 11 тыс. долл. на душу населения. Данные платежного баланса за первое полугодие 2010 г. фиксируют увеличение валютных поступлений от экспорта сырой нефти на 40% (по сравнению с соответствующим периодом 2009 г.), и положительное сальдо, которое несколько превышает отрицательное сальдо счета капитала. Начавшееся в 2010 г. повышение цен на нефть делает оценку поступлений от экспорта нефти еще более высокой и повышает шансы на приток иностранных инвестиций. А данные по торговле Ирана с США, Евросоюзом, Россией и Китаем за 2010 г. делают такой прогноз вполне корректным. За первое полугодие 2010 г. экспорт Ирана в страны ЕС вырос в 1,8 раз по сравнению с 1 полугодием 2009 г., при этом в Великобританию он увеличился в 3 раза, Германию - почти в 2 раза. Хотя объемы торговли с США невелики (иранский экспорт в 2009 г. составлял всего 63 млн. долл.), тем не менее, экспорт в США также имел в 2010 г. повышательную тенденцию - 6% . Экспорт в Китай, являющийся одним из крупнейших экспортеров Ирана (2009 г. - 12 млрд. долл.), увеличился на 30%, возросли на 25% поставки в Россию. Конечно, более действенным показателем в отношении влияния санкций является динамика импорта, как наиболее подверженного санкциям. Однако данные ЕС о торговле за 8 месяцев отчетливо показывают, что после введения санкций, как это ни парадоксально, темпы падения импорта из Британии сократились с 28% до 16%, и даже возросли в 4 раза темпы роста импорта из Германии. Особенно высокий прирост приходится на таких крупных поставщиков в Иран как Россия (на 25%, экспорт которой в Иран в 2009 г. превысил 3 млрд. долл.) и Китай (экспорт в Иран в 2009 г. составил почти 9 млрд. долл., а в 2010 г. увеличился в 1,5 раза).

Одним из негативных для Ирана последствий санкций стало то, что сократился приток иностранного капитала. Уже за 2009 г. объем накопленных прямых инвестиций уменьшился с 20,8 млрд. долл. до 15,3 млрд. долл. Однако к концу 2010 г. они, хотя и не намного, но выросли - до 16,8 млрд. долл. Выросли за 2010 г. и прямые иранские инвестиции за рубежом (с 1,8 до 2,1 млрд. долл.). Остался невысоким и уровень внешнего долга - на начало 2011 г. всего 16,2% от ВВП (20 млрд. долл.). Т.к. усиление санкционного пресса фактически совпало с развертыванием мирового кризиса, отделить влияние каждого из этих двух факторов сложно.

Например, в 2009 г. заметно сократилось число лицензий, выданных на открытие новых предприятий, это могло быть результатом и кризиса, и санкций. Но уже в 2010 г. ситуация стала меняться. Оживилось также строительство, особенно за счет частных капиталовложений.

Но даже до восстановления прежних темпов роста далеко. Хотя, по предварительным оценкам, увеличение промышленной продукции в 2010 г. превысило 4%, но этот рост недостаточен и с точки зрения потребностей внутреннего рынка, и с точки зрения экспортного потенциала, и с точки зрения сокращения безработицы. Из-за санкций выросли цены на оборудование и полуфабрикаты, это приводит сейчас и к сокращению промышленного производства и к удорожанию отечественной продукции. Особенно тяжелыми для экономики оказались санкции, наложенные на большинство иранских банков, что затрудняет развитие экономического сотрудничества с зарубежными странами.

Велик уровень безработицы - около 15%, что, безусловно, создает напряжение в обществе, в котором доля работоспособного населения составляет почти 70% населения страны, а активного (т.е. занятых и официально ищущих работу) - всего около 40% трудоспособного населения. А это свидетельствует о достаточно высоком уровне скрытой безработицы.

В ситуации развернувшегося мирового кризиса, усугубленного в Иране политикой санкций, правительство М. Ахмадинежада разработало новые направления экономической политики, стало сокращаться использование инструментов популистской политики, которые были призваны смягчить социальное недовольство инфляцией. Субсидии стали заменяться с конца 2010 г. адресной помощью малоимущим слоям населения ("монетизация льгот").

Еще одним результатом санкций стало то, что их ужесточение, как и часто тиражируемая в иранских СМИ угроза войны, заметно укрепили влияние армии и особенно Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Необходимость увеличения отечественных капиталовложений при сокращении иностранных инвестиций в условиях ускорившейся при Ахмадинежаде приватизации привела к сращиванию КСИР и бизнеса, к постепенному усилению военно-промышленного комплекса.

В заключение можно сказать, что Ирану даже в условиях мирового кризиса и ужесточения санкций удалось, возможно, из-за высоких цен на нефть сохранить положительную динамику экономического роста, определенную привлекательность для мирового рынка и иностранных инвестиций и использовать угрозу санкций для укрепления военного потенциала и определенной стабильности режима. Снижение темпов экономического роста и ухудшение экономической ситуации большинство населения страны связывает не с внешней политикой правительства, не с его экономической политикой, а с санкциями врагов режима. Хотя экономическое давление санкций, безусловно, повысило степень экономической уязвимости режима, но не привело к ожидаемому внешнеполитическому эффекту. Санкции усилили роль фактора "внешнего врага", и центростремительный эффект в обществе с сильным влиянием религиозных институтов стал значительно превалировать над центробежным.

Тем не менее, сохраняющееся в иранском обществе равновесие нельзя охарактеризовать как прочное. Экономика Ирана, на мой взгляд, достигла той стадии, когда почти все факторы роста, кроме цен на нефть, оказались практически исчерпанными. Дальнейшее ужесточение санкций может повлиять на позицию иранского руководства в отношении ядерной программы, особенно если применение санкций не будет никак увязываться с попытками изменить сам режим.

Мамедова Нина Михайловна, кандидат экономических наук, зав. сектором Ирана Института востоковедения РАН

По информации - Новое Восточное Обозрение

20.04.2011