С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Александр Шустов

КИТАЙ СКУПАЕТ КАЗАХСТАН

Итоги последнего визита президента Казахстана Н.А. Назарбаева в Пекин, состоявшегося 21-23 февраля, говорят о дальнейшем усилении экономического проникновения Китая в Центральной Азии. Основные направления его экономической экспансии остаются прежними - сырьевые отрасли, связанные с энергетикой, транспортная инфраструктура и торговля. Однако масштабы присутствия китайских компаний в Казахстане и других странах региона все более возрастают.

Отличие последнего визита казахстанского лидера в КНР от предыдущих заключается в том, что едва ли не главной темой переговоров стали поставки в Китай ядерного топлива, а не углеводородов. 23 февраля между "НАК "Казатомпром" и Китайской государственной ядерной корпорацией было подписано соглашение о поставке из Казахстана в Китай 55 тысяч тонн урана. По словам Н.А. Назарбаева, в Китае будут строиться 19 ядерных блоков, а в перспективе - еще 25. Это сделает Китай одним из крупнейших рынков ядерного топлива в мире емкостью в десятки миллиардов долларов, на котором Казахстан рассчитывает занять до 40%. В результате урановый экспорт с течением времени может приносить Казахстану больше, чем поставки нефти и газа.

В Казахстане сосредоточено около четверти всех мировых запасов урана. На территории республики разведано более сотни его месторождений, из которых разрабатывается немногим более половины. К середине первого десятилетия 2000-х гг. Казахстан вошел в тройку мировых производителей урана, а по итогам 2009 г. занял первое место, добыв 13 500 тонн и обогнав Австралию и Канаду. Для сравнения - в России при ежегодном потреблении 16 тыс. тонн урана его годовая добыча составляет всего около 3,5 тыс. тонн, покрывая лишь 20% потребностей. Большую часть урана Россия вынуждена импортировать, и одним из его главных поставщиков является Казахстан. Расширяя экспорт урана в Китай, Казахстан не только обеспечивает себе гарантированный рынок сбыта, но и создает сильную конкуренцию для нуждающейся в этом топливе России.

Нефтегазовое направление сотрудничества КНР и Казахстана также не было забыто. 23 февраля китайская национальная нефтегазовая корпорация CNPC и "КазМунайГаз" заявили о подписании соглашения по совместной разработке крупного газового месторождения Урихтау в Актюбинской области Казахстана. Финансовые детали этой сделки не разглашаются. Известно лишь, что стороны создадут совместное предприятие с равным распределением долей. Причины такой осторожности, по всей видимости, кроются в начавшейся президентской кампании. Накануне выборов власти опасаются очередных обвинений в "продаже родины" Китаю со стороны оппозиции и потому детали сделки предпочли не афишировать. По официальным данным, доля компаний с китайским участием в нефтедобыче составляет 20%, а китайские инвестиции составляют 26% всех иностранных инвестиций в нефтегазовый сектор Казахстана. Однако по ряду аналитических оценок КНР уже контролирует до 1/3 нефтегазовой отрасли республики, а после сделки по освоению Урихтау ее влияние еще более возрастет.

Главным "инфраструктурным" достижением стало соглашение о строительстве 1200-киллометровой скоростной железнодорожной магистрали между Астаной и Алма-Атой. Учитывая географию этой железной дороги, маршрут которой пройдет с юго-запада на север Казахстана, она вполне может стать еще одним каналом доступа китайских товаров на рынки Центральной Азии, других стран СНГ и Среднего Востока. В последние годы КНР и Казахстан последовательно развивают транспортную инфраструктуру. Первым проектом в этой сфере стало строительство железнодорожного перехода "Атасу - Алашанькоу", который сегодня обеспечивает транзит 15 миллионов тонн груза в год. В этом году планируется закончить возведение перехода "Хоргос - Алматы", с помощью которого планируется экспортировать грузы не только в Казахстан и страны Содружества, но и в Иран и государства Персидского залива. Крупным транспортным коридором должна стать автомобильная дорога "Западная Европа - Западный Китай", которая пройдет через территорию России. Реализация этих проектов сделает Казахстан главным воротами для экспорта китайских товаров в западном направлении. Положительную роль здесь играет создание Таможенного союза, внутри которого таможенные границы отменены. Это же обстоятельство позволит Казахстану перехватить значительную часть экспорта китайских товаров у Киргизии, ранее являвшейся для них главным перевалочным пунктом.

Между тем объемы китайско-казахстанской торговли продолжают быстро расти. Несмотря на кризис, в прошлом году двусторонний товарооборот вырос на 50% и достиг 20 млрд. долл. При этом экспорт Казахстана в КНР увеличился на 72%, а импорт - на 11%. С начала 2000-х гг. общий товарооборот между КНР и Казахстаном увеличился в 16 раз. Основные статьи казахстанского экспорта - энергоносители (до 80%), а также черные и цветные металлы. В обратном направлении идут товары широкого потребления, до сих пор играющие главную роль в насыщении потребительских рынков Казахстана, продукция машиностроения и металлообработки и продовольствие. Такая структура товарооборота в общем-то является типичной и для других стран СНГ, включая Россию. Отличие Казахстана от РФ заключается лишь в том, что, не обладая развитым машиностроением и оборонно-промышленным комплексом, он не поставляет в КНР военную продукцию.

Присутствие Китая заметно и в других отраслях экономики Казахстана. В настоящее время КНР реализует в республике проект по возведению Мойнакской ГЭС на реке Чарын и строительству завода по производству алюминия, основным потребителем продукции которого будет китайское авиа- и машиностроение. На казахстанском рынке работают китайские телекоммуникационные компании ChinaTelecom, Bell-Alcatel, ZTE и HuaweiTechnologies, реализующие ряд проектов по поставкам оборудования, строительству сетей и оказанию услуг связи. В Актау осуществляется строительство битумного завода, а в Атырауской области - газохимического комплекса. Всего на территории Казахстана действует порядка одной тысячи предприятий с участием китайского капитала. Кроме того, КНР является крупнейшим внешним кредитором Казахстана. В ходе предыдущего визита Н.А. Назарбаева в Пекин в апреле 2009 г. Китай согласился предоставить республике 10 млрд. долл., 5 млрд. из которых предназначались нефтегазовой компании "Казмунайгаз", а еще 5 млрд., видимо - на стабилизацию государственного бюджета.

С этим кредитом связана почти детективная история. 1 марта главный оппонент и бывший зять казахстанского президента Рахат Алиев, скрывающийся в Австрии, опубликовал в своем личном блоге сообщение о том, что 21 февраля в Пекине был подписан секретный договор. По нему Казахстан обязался передать в аренду Китаю 1 млн. га плодородных земель в аренду сроком на 99 лет. В обмен на политику "китаизации" президенту, по словам Р. Алиева, гарантированы "пожизненный иммунитет и резиденции на острове Хайнань и в Гонконге, в случае народной революции, как в Тунисе, Египте и Ливии". Проявлениями этой политики он считает продажу КНР большей части нефтегазового комплекса Казахстана, а также 10-миллиардный кредит, который станет "кабалой для нас и наших детей". Гарантией же выполнения этих соглашений служит еще один пункт секретного договора, согласно которому "при первых призраках народных волнений в Казахстан войдут 200 тысяч китайских солдат", для переброски которых "уже отработаны воздушные маршруты: в аэропорты Алматы, Шымкента и Караганды". При подавлении волнений они, по словам Р. Алиева, будут стрелять в казахов и русских с той же жестокостью, с которой недавно были подавлены восстания в Тибете и Синьцзяне.

Оценивая заявление Р. Алиева, некоторые аналитики обращают внимание на то обстоятельство, что в свое время он окончил высшую школу права "Адилет" в США и стажировался в академии ФБР, где, скорее всего, обзавелся "полезными связями". Учитывая волну "жасминовых революций" на Ближнем Востоке и подозрения в причастности к этому США, его стремление расшатать общественно-политическую ситуацию в Казахстане выглядит вполне объяснимым. Это, впрочем, отнюдь не отменяет того факта, что экономическое проникновение Китая в Казахстане все более усиливается, а его последствия для республики нельзя считать исключительно положительными.

По информации - Фонд стратегической культуры

05.03.2011