С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

. . . . . . . .

. . . . . . . .

Аждар Куртов

КТО ВИНОВАТ В ПРИОСТАНОВКЕ ЧЛЕНСТВА УЗБЕКИСТАНА В ЕВРАЗЭС?

12 ноября было официально подтверждено, что Узбекистан еще 20 октября 2008 года направил в секретариат интеграционного комитета Евроазиатского Экономического Сообщества (ЕврАзЭС) ноту с уведомлением о приостановлении Республикой Узбекистан своего членства в ЕврАзЭС. Конечно, приостановление членства - это еще не окончательный разрыв отношений. И все же это такое событие нуждается в осмыслении. Ведь в отличие от выхода Грузии из СНГ, мотивированного военным поражением Тбилиси в конфликте с Южной Осетией, Узбекистан руководствовался иными мотивами. Каковы же они?

Формально президент Узбекистана Ислам Каримов уже разъяснил причины решения Ташкента. "Основные целевые задачи и перечень обсуждаемых вопросов, поставленных на повестку дня ЕврАзЭС, во многом повторяют деятельность СНГ и ОДКБ, - заявил И. Каримов в специальном письме в интеграционный комитет ЕврАзЭС. - Не говоря уже о том, что в структурах, отраслевых и межведомственных советах, а также в Межпарламентской ассамблее ЕврАзЭС и ОДКБ принимают участие одни и те же государства-члены". Иными словами, по мнению И. Каримова, в работе межгосударственных структур на постсоветском пространстве существуют дублирование и параллелизм, что сказывается на эффективности их деятельности.

Действительно, надо честно признать, что с экономической интеграцией на постсоветском пространстве не всё благополучно. Не удалось выстроить полноценную структуру сотрудничества, которая охватывала бы все государства - участники СНГ. И основная причина такой неэффективности - в нежелании политических элит бывших союзных республик "поступаться принципами", то бишь делиться с кем бы то ни было частью своих властных полномочий. А без этого деятельность органов СНГ не могла не превратиться в бесконечную говорильню.

Время от времени предпринимались попытки исправить ситуацию к лучшему. Еще 24 сентября 1993 года в Москве был заключен Договор об Экономическом союзе государств СНГ. Договор провозглашал в качестве перспективной цели поэтапное создание на рыночных условиях единого экономического пространства, базирующегося на беспрепятственном перемещении грузов и услуг, рабочей силы и капиталов, на консолидации экономических связей. Данный Договор предусматривал ряд этапов: образование многосторонней ассоциации свободной торговли, затем таможенного союза и уже после решения данных задач - переход к общему рынку. Правда, этапы развития интеграционного процесса, обозначенные в этом документе, не сопровождались созданием наднациональных органов, без чего интеграция в СНГ так и не сдвинулась с места. Подписанное в апреле 1994 года Соглашение о создании зоны свободной торговли также не привело ни к созданию единого для всех государств СНГ режима налогообложения товаров, произведенных в странах Содружества, ни к свободному перемещению капиталов, услуг и рабочей силы.

26 марта 1996 года главы четырех государств - России, Белоруссии, Казахстана и Киргизии подписали договор об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях. Через три года 26 февраля 1999 года главы уже пяти государств (включая дополнительно Таджикистан) подписали Договор о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве. Потом пришло понимание необходимости целесообразности дальнейшего совершенствования интеграционного взаимодействия. В итоге было решено сформировать новую структуру на базе Таможенного союза. Эта структура должна была обладать международной правосубъектностью, стать экономической международной организацией, расширяющей организационно-правовые возможности для решения задач интеграции.

Ещё одной попыткой исправить ситуацию стал проект ЕврАзЭС. Евразийское экономическое сообщество - организация, созданная пятью государствами-участниками СНГ: Республикой Беларусь, Республикой Казахстан, Кыргызской Республикой, Российской Федерацией и Республикой Таджикистан на основе Договора об учреждении Евразийского экономического сообщества, заключенного 10 октября 2000 года в городе Астане (Казахстан).

В Заявлении глав государств об учреждении Евразийского экономического сообщества указывается, что "этот шаг - свидетельство единства политической воли руководителей пяти государств еще более решительно идти по пути взаимного многопланового сотрудничества с перспективой выхода на реальную интеграцию".

При создании ЕврАзЭС государства-участники исходили из того, что взаимодействие между ними в торгово-экономической области уже достигло такого этапа, на котором возникла потребность в более тесном сближении и унификации национальных законодательств, проведении мероприятий, направленных на увеличение совокупного экономического потенциала этих стран, согласованной структурной перестройки их экономик. Основу для перехода к новому этапу интеграции создали проведенная отмена тарифных и количественных ограничений, введение по большинству номенклатуры товаров общих таможенных тарифов, осуществление согласованных мер нетарифного регулирования, шаги по созданию единой таможенной территории, а также совместные действия в гуманитарной сфере.

Тем не менее уже здесь имело место явное политическое лукавство: определенные положительные сдвиги в экономике в последние годы стали возможными не столько вследствие сотрудничества на многосторонней основе или деятельности структур типа ЕврАзЭС, сколько из-за укрепления экономической мощи самой России. Большинство новых соглашений и договоров были достигнуты не в рамках многосторонних отношений (СНГ или ЕврАзЭС), а на двусторонней основе. А ЕврАзЭС же унаследовал симптомы той же болезни, которая подкосила СНГ.

В рамках ЕврАзЭС так и не удалось достигнуть заявленного при создании этой организации качественного интеграционного скачка. Фактически даже Таможенный союз, о котором шла речь еще задолго до преобразования ранее существовавших структур СНГ в ЕврАзЭС, так и не удалось создать. На последних заседаниях глав правительств ЕврАзЭС постоянно звучат цифры о том, что странам ЕврАзЭС удалось выровнять ввозные пошлины примерно на 65%. Этот показатель говорит о том, что продвижение здесь по существу отсутствует, так данную цифру регулярно приводят из года в год. Прежний Генеральный секретарь ЕврАзЭС Григорий Рапота в связи с этим ссылался на нежелание членов ЕврАзЭС поделиться частью полномочий их национальных органов в пользу наднационального органа, который бы и регулировал тарифы по единым правилам. То есть и в ЕврАзЭС налицо тот же подход, что и в СНГ в целом - национальный эгоизм. В результате ЕврАзЭС легко принимает малозначимые решения, например, о введении единого знака качества товаров, но серьезных подвижек в интеграции экономик стран-участников пока нет.

В настоящее время ЕврАзЭС можно признать в некотором смысле более продуктивной формой объединения лишь в сравнении со структурами СНГ, которые все больше теряют работоспособность. В Ташкенте в этом смысле имею полное основание ссылаться на недостаточную эффективность ЕврАзЭС. Однако при этом не следует забывать, что и сам Узбекистан не сделал практически ничего, чтобы исправить ситуацию к лучшему.

Политики Узбекистана, вступая в ЕврАзЭС, рассчитывали, очевидно, на большую помощь, преференции со стороны других членов организации и прежде всего - со стороны России и Казахстана. Однако этого не произошло. Узбекистан же в плане экономических реформ серьезно отстал от России и Казахстана, что больно бьет по амбициям узбекской элиты - она не хочет быть аутсайдером. Вероятно, поэтому в Ташкенте болезненно восприняли решение образовать внутри ЕврАзЭС <тройку> из России, Казахстана и Белоруссии и в ее рамках решать проблему создания Таможенного союза.

На последнее обстоятельство прямо указал президент Узбекистана в своем письме в органы ЕврАзЭС. Он отметил, что Ташкент не согласен с принципами присоединения государств ЕврАзЭС к таможенному союзу Белоруссии, Казахстана и России. Здесь предполагается, что остальные страны - члены ЕврАзЭС присоединятся к союзу без каких-либо оговорок и замечаний, то есть, по мнению И. Каримова, без обсуждения и учета их собственных интересов. "Такая постановка вопроса неприемлема, - заявил президент Узбекистана. - Даже при вступлении в ВТО предусмотрен длительный период, в ходе которого вновь вступающие государства имеют право отстаивать и юридически закреплять принципиальные вопросы, обеспечивающие защиту своих национальных интересов".

На первый взгляд, Ислам Каримов в чем-то прав. Нельзя вступать в объединение без согласования позиций его членов. Но ведь дело в том, что за много лет это согласие, несмотря на многочисленные переговоры, так и не было достигнуто. И пусть выход в создании <тройки> кому-то кажется не идеальным вариантом, но это все же попытка сдвинуть дело с мертвой точки.

Президент Узбекистана обходит молчанием другие причины своего решения. Существует недовольство Узбекистана позицией его партнеров по Центральной Азии в вопросе о водопользовании. Узбекистану угрожает серьезный кризис из-за маловодья рек Амударьи и Сырдарьи. Значительная часть населения Узбекистана занята в аграрном секторе, а для выращивания сельскохозяйственной продукции требуется вода в огромных количествах. Например, для выращивания узбекского хлопка необходимо, чтобы расход воды ежегодно составлял такой объем, который образно можно представить в виде пятиметрового слоя воды над поверхностью почвы. Уже сейчас узбекские специалисты прогнозируют трудности со сбором продовольствия в следующем году. Осенью 2008 г. И.Каримов даже был вынужден издать указ, которым вместо хлопка на значительной части посевных площадей будут выращиваться продукты питания. Однако этого, конечно, недостаточно.

Для Узбекистана жизненно важно получать достаточные объемы воды, но его соседи из Киргизии и особенно из Таджикистана имеют на этот счет иные планы: в этих двух республиках планируют построить крупные гидротехнические сооружения - прежде всего плотины, для выработки электроэнергии. Узбекистан тем самым ставят в труднейшую ситуацию, из которой ему придётся выруливать самому. Не исключено даже использование Узбекистаном силы для того, чтобы воспрепятствовать строительству плотин в верховьях рек его соседями. Вполне возможно, что демарш Ташкента по адресу ЕврАзЭС - только первый звонок, за которым последуют более серьезные шаги.

И ещё одно обстоятельство. Сейчас Генеральным секретарем ЕврАзЭС является представитель Казахстана - Таир Мансуров, бывший когда-то послом Казахстана в России. Когда на его месте был представитель России, Узбекистан вошел в ЕврАзЭС. Появление на посту генсека ЕврАзЭС представителя Казахстана привело к прямо противоположному результату. Отсюда вывод: успехи казахстанской дипломатии немногого стоят. Успешно договариваться с узбеками казахи не могут.

В любом случае теперь предстоит корректировка бюджета ЕврАзЭС. До приема в ЕврАзЭС Узбекистана в формировании бюджета Организации действовала шкала: Республика Беларусь - 20%; Республика Казахстан - 20%; Кыргызская Республика - 10%; Российская Федерация - 40%; Республика Таджикистан - 10%. Затем эта шкала изменилась: доля России осталась прежней - 40%, Белоруссия, Казахстан и Узбекистан стали вносить по 15%, а Киргизия и Таджикистан - по 7,5%. Сейчас всё опять вернется к старым нормативам.

По информации "Фонд стратегической культуры"

22.11.2008