С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Юлия Чмеленко

ХОТИТЕ РАЗВОРОШИТЬ СТАРЫЕ ВОЕННЫЕ РАНЫ - ЗАЙДИТЕ В ХРАМ "ЯСУКУНИ"

21 апреля 2011 г. председатель Либерально-демократической партии - крупнейшей оппозиционной партии в Японии - Садакадзу Танигаки в первой половине дня посетил токийский храм Ясукуни. Это вызвало широкий протест ряда азиатских стран, таких как Китай, Корея и Сингапур. По многим городам Китая прокатились антияпонские выступления, сопровождавшиеся актами вандализма. При этом причина, вызвавшая столь бурную реакцию стран Азии, достаточно проста и предсказуема.

Храм Ясукуни был построен в 1869 г. в Токио в честь памяти японских воинов, погибших за императора. Он представляет собой синтоистское святилище ("храм мира в стране"), выполняя функции центра религиозных церемоний религии синто. Верховным божеством храма является Император Японии. В отличие от других святилищ, этот храм находится в ведении военного руководства страны, и именно там находятся списки погибших в войнах. В 1874 г. император Мэйдзи посетил Ясукуни несмотря на то, что там поклонялись не богам, а душам погибших воинов. Таким образом, солдаты, отдавшие жизнь за императора, были приравнены к богам.

Согласно синтоистской традиции, японские солдаты, погибшие в каких-либо войнах, в которых участвовала Япония, являются предметом поклонения. По списку причисленных к лику святых солдат, после подавления Восстания боксёров в Китае (1901) было обожествлено 1256 японских военных, после окончания Русско-японской войны (1904-1905) - 88429, после Первой мировой (1914-1918) - 4850, после Маньчжурского инцидента (завершившегося оккупацией Манчжурии в 1931-м) - 17176, после Второй японо-китайской войны (1937-1941) - 191243 чел. После окончания Второй мировой войны к лику святых было причислено 2133885 японских солдат, в числе которых японские военные преступники класса "А", казненные по приговору международного трибунала. Так, в числе святых, которым поклоняются в храме Ясукуни, почитаются приговорённые к казни через повешение за совершённые военные преступления: Хидэки Тодзио (Тодзё), Сэйсиро Итагаки, Хэйтаро Кимура, Кэндзи Доихара, Акира Муто, Коки Хирота и др.

Поэтому посещение главами японского правительства храма Ясукуни воспринимается в странах Азии, подвергшихся японской оккупации в годы Второй мировой войны, как оскорбление памяти жертв японской агрессии, и всегда сопровождается бурной реакцией протеста. Несмотря на это, храм Ясукуни пользуется большой популярностью как у японских политиков, так и среди простых граждан. Ежедневно его посещают толпы иностранных туристов. Последних привлекает в святилище большое количество проводимых там карнавалов и открытых церемониальных шествий. При этом над тем, какое преступление по отношению к человечеству совершили захороненные и почитаемые там люди, большинство просто не задумывается.

Между тем, реакция азиатских стран на церемониальное посещение храма японскими государственными лицами вполне понятна. Один из главных постулатов японского свода правил поведения воина "Бусидо" гласит: "Никакой пощады побежденному врагу! Плен - позор хуже смерти. Побежденных врагов следует истребить, чтобы они не отомстили".

В декабре 1937 г., после падения столицы гоминдановского Китая Нанкин, японские солдаты вывезли из города и закололи штыками 20 тыс. мужчин призывного возраста, чтобы они в будущем не могли поднять оружие против Японии. По сохранившимся записям рассказов очевидцев, убийства совершались с особенной жестокостью. Тысячи жертв закалывали штыками, отрезали головы, людей сжигали, закапывали живьём, у женщин вспарывали животы и выворачивали внутренности наружу, убивали маленьких детей. Огнестрельное оружие, бывшее на вооружении японских солдат, практически не применялось. Даже немецкий консул в официальном докладе описывал поведение японских солдат как "зверское". После окончания войны ряд японских военных были осуждены за массовые жестокие убийства в Нанкине, однако, начиная с 1970-х гг., японская сторона ведет политику отрицания совершенных там преступлений.

Настоящий геноцид китайского населения был осуществлен японскими солдатами в феврале 1942 г. в британской колонии Сингапур. Оккупационные власти приняли решение выявить и ликвидировать "антияпонские элементы" китайской общины. В расстрельные списки включались также люди, чья вина заключалась лишь в том, что они родились в Китае. Эта операция получила в китайской литературе название "Сук Чинг" (с китайского - "ликвидация, чистка"). После войны были обнародованы приказы по самой операции - полное тотальное уничтожение китайского населения Сингапура. В начале февраля 1945 г., когда для японского командования стало очевидно, что удержать Манилу не удастся, японская армия приступила к разрушению города и уничтожению ее гражданского населения. В Маниле было убито несколько десятков тысяч мирных жителей: тысячи людей были расстреляны из пулеметов, а некоторых в целях экономии боеприпасов сожгли заживо, облив бензином. По самым осторожным оценкам, число погибших во время резни в Маниле гражданских лиц составляет более 111000 чел.

В 1935 г. был основан "отряд 731" Квантунской армии - крупнейшее спецподразделение по разработке бактериологического оружия, созданное японцами в Китае. В течение 12 лет отряд разрабатывал бактериологическое оружие с использованием бактерий чумы, тифа, дизентерии, холеры, сибирской язвы, туберкулеза и др., испытывая его затем на живых людях. "Подопытными объектами" стали более 5 тыс. военнопленных и мирных жителей. Людей заражали какой-либо инфекцией, а затем наблюдали над изменениями состояния организма. Но каким бы образом его ни заражали, сколько бы ни наблюдали, конец был один - человека заживо препарировали, извлекая органы и наблюдая, как болезнь распространяется внутри. Были эксперименты и просто для любопытства. У подопытных вырезали из живого тела отдельные органы; отрезали руки и ноги и пришивали назад, меняя местами правые и левые конечности; вливали в человеческое тело кровь лошадей или обезьян; ставили под мощнейшее рентгеновское излучение. Любопытные японские ученые заполняли легкие человека большим количеством дыма или газа, вводили в желудок живого человека гниющие куски ткани. Один из примеров подобных опытов описывается в книге "Кухня дьявола", написанной самым известным исследователем "отряда 731" Сэйити Моримурой: "В 1943 г. в секционную привели китайского мальчика. Мальчик разделся, как ему было приказано, и лег на стол спиной. Тотчас же на лицо ему наложили маску с хлороформом. Когда наркоз окончательно подействовал, все тело мальчика протерли спиртом. Один из опытных сотрудников группы Танабэ, стоявших вокруг стола, взял скальпель и приблизился к мальчику. Он вонзил скальпель в грудную клетку и сделал разрез в форме латинской буквы Y. Вскрытие заживо началось. Из тела мальчика сотрудники ловкими натренированными руками один за другим вынимали внутренние органы: желудок, печень, почки, поджелудочную железу, кишечник. Их разбирали и бросали в стоявшие здесь же ведра, а из ведер тотчас же перекладывали в наполненные формалином стеклянные сосуды, которые закрывались крышками. Вынутые органы в формалиновом растворе еще продолжали сокращаться".

Несмотря на бесчеловечное обращение с военнопленными и тотальное уничтожение населения завоеванных территорий, Япония упорно отказывается признать вину и преступления своих военных. Так, японский политик, военачальник и военный преступник Хидэки Тодзио был обвинен международным судом в развязывании агрессивных войн и отдаче приказов о бесчеловечном обращении с военнопленными. Однако внучка Хидэки Тодзио - Юко Тодзио открыто выступает с позиции безусловного оправдания политики своего деда. Она полагает, что Япония не вела агрессивную войну, не совершала военных преступлений, что все люди, почитаемые в храме Ясукуни, - герои, и что единственной ошибкой её деда было то, что он допустил поражение Японии в войне. Такого мнения, очевидно, придерживаются и японские политики, ежегодно принимающие участие в церемониях храма Ясукуни. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, казалось бы, миролюбивое посещение токийского храма у ряда азиатских стран вызывает реакцию протеста.

Так, МИД Китая уже выступил с резким осуждением японских лидеров, которые поклоняются главным военным преступникам. В официальном заявлении Пекин высказал мнение, что подобное паломничество "равносильно отданию почестей нацистам, повешенным по приговору Нюрнбергского трибунала". Возмущения китайцев разделяют и в Корее, также пострадавшей от зверств японских милитаристов. В 2005 г. несколько десятков корейцев в знак протеста против участия в храмовой церемонии Ясукуни японского премьера Коидзуми устроили демонстрацию в центре Сеула, в ходе которой 20 из демонстрантов решились отсечь свои мизинцы. Как заявил глава МИД Индонезии Хасан Вираюда, "паломничество Дзюнъитиро Коидзуми в храм Ясукуни разбивает усилия по обеспечению мира в регионе". В 2006 г. во время визита в Токио пресс-секретарь китайского МИД Лю Цзянчао официально заявил: "Мы требуем, чтобы высшие должностные лица Японии немедленно прекратили визиты в Ясукуни, где погребены военные преступники первой категории. Правильное отношение к истории может быть выгодным обоим народам - японскому и китайскому".

Несмотря на широкие протесты азиатских стран, бывший премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми, с момента вступления в должность в апреле 2001 г., регулярно открыто посещал Ясукуни. В конце сентября 2004 г. Высший суд города Осака признал такие посещения нарушением конституционного разделения государства и религии. Однако, несмотря на постановление суда и активные протесты азиатских стран, японские политики не прекращают визиты в храм. Что в свою очередь создает сильную напряженность в отношениях Японии с Китаем и Южной Кореей.

Чтобы не провоцировать очередной скандал, Синдзо Абэ, сменивший Коидзуми на посту премьер-министра, отказался от посещения Ясукуни. 15 августа, в годовщину капитуляции Японии во Второй мировой войне, он прислал храму символический дар - бонсай. Таким образом, ему удалось избежать международных осложнений, одновременно показав, что он чтит память погибших в войнах японцев. Однако в 2008 г., после отставки годом раньше Синдзо Абэ, около десятка высших японских законодателей засвидетельствовали своё почтение храму на следующий день после того, как лидер Южной Кореи призвал прекратить споры о прошлом. Таро Асо, сменивший на посту премьер-министра Синдзо Абэ, заявил, что "чем больше Китай будет противиться визитам в храм, тем больше будет хотеться туда ходить. Ведь когда вам говорят: "Не курите сигареты", появляется желание закурить".

В 2010 г. храм Ясукуни посетили 66 депутатов японского парламента, среди которых были представители различных партий. Как правило, депутаты посещают храм во время весеннего и осеннего праздников, а также в "день окончания войны" - 15 августа, когда в 1945 г. император выступил с обращением к народу о необходимости безоговорочной капитуляции. Председатель межпартийной группы Масато Кога так прокомментировал посещение храма руководящими лицами государства: "Какой бы ни была ситуация в соседних странах, без бережного отношения депутатов к этому храму, без их посещения храма нет суверенитета, нет государства". Однако новый премьер-министр Японии Наото Кан все же заявил в июне 2010 г., что воздержится от посещения храма в течение срока своих полномочий.

Стоит отметить, что император Японии Акихито, в отличие от своего отца императора Хирохито, никогда не посещал храм Ясукуни. С точки зрения ряда японских политиков - это не совсем правильно. "Идя в атаку, японские воины кричали "банзай" императору, а не премьер-министру", - замечает Таро Асо.

Отношение российской стороны к данному вопросу можно охарактеризовать словами заместителя директора Департамента информации и печати МИД РФ Андрея Кривцова: "Мы считаем, что посещение этого храма и военная история - это крайне деликатные проблемы, связанные с историей Второй мировой войны, последствия которой до сих пор дают о себе знать". Он обратил внимание также на то, что в Токио должны очень аккуратно подходить к вопросам посещения храма Ясукуни с тем, чтобы не затрагивать чувства народов, пострадавших от военных действий Японии.

Таким образом, демонстративные посещения храма Ясукуни политиками Японии неизбежно расцениваются как оскорбление памяти жертв японской агрессии и влекут за собой протесты ряда азиатских стран, вследствие которых происходит обострение взаимоотношений между государствами. Безусловно, в такой ответной реакции на поклонение праху 14 военных преступников нет ничего удивительного. Поэтому японским политикам следует поступать по примеру Синдзо Абэ, который, отказавшись от личного присутствия в храме в день праздника, прислал туда символический дар. Такая политика позволит японским лидерам, не оскорбив чувства пострадавших от японской агрессии азиатских стран, соблюсти старинные традиции своей страны и не потерять расположение радикально настроенных представителей народных масс.

Юлия Чмеленко - обозреватель Интернет-журнала "Новое Восточное Обозрение".

По информации - Новое Восточное Обозрение

01.06.2011