С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

. . . . . . . .

. . . . . . . .

Александр Нагорный, Николай Коньков

ТИБЕТ-ОРАНЖ

Время "divide et impera"

Подобно тому, как сход гигантской лавины в горах может быть вызван падением небольшого камня, нынешние события в Тибете, похоже, способны канализировать весь накопленный в американо-китайских отношениях конфликтный потенциал.

Внешняя канва событий пока выглядит так. После небольшого, но качественного "разогрева" мирового общественного мнения, наподобие концерта исландской певицы Бьорк в Шанхае, где поп-дива, по публичной версии, призвала к независимости Тибета, а по её словам, "всего лишь три раза прошептала: "Тибет, Тибет, Тибет", - на улицы Лхасы, а затем других городов КНР, как в Тибетском автономном районе, так и вне его, где компактно проживают тибетские общины, вышли не слишком большие, но чрезвычайно активные толпы (по китайским масштабам - наверное, всё же группы) протестующих.

Их выступления активно и даже настойчиво транслировались глобальными телекомпаниями, наподобие американской СNN, а газеты и журналы заполнились весьма качественными снимками профессиональных фоторепортёров, как нельзя кстати оказавшихся к этому времени на "крыше мира". Кстати, практически все демонстранты Лхасы и т.д. несли с собой лозунги вовсе не на тибетском и не на китайском, а на английском языке. Так что в какую сторону был обращен главный "мессидж" этих акций протеста, абсолютно понятно.

А уж традиционные облачения буддистских монахов с преобладанием оранжевого цвета придавали всему происходящему хорошо знакомые еще по репортажам с киевского Майдана черты типичной "оранжевой революции".

Главным условием успеха или неуспеха которой, как показал весь опыт последнего времени, от Тбилиси до Андижана, является готовность или неготовность центральной власти применять силу против "оранжистов".

Сомнений в наличии у Пекина подобной готовности после событий 1989 года на площади Тяньаньмэнь очень долгое время как-то не возникало. Если руководители Китая не пощадили фактически собственную смену, студентов столичных вузов, то уж "каких-то там" тибетцев могли просто потопить в крови, как 49 лет назад.

Кстати, именно к событиям 1959 года, приведшим к бегству духовного (а тогда - и светского) лидера Тибета Далай-ламы, были приурочены нынешние протестные выступления. Дата вроде бы "некруглая", зато у властей КНР летняя Пекинская олимпиада-2008, что называется, "на носу", и под угрозой бойкота этого сверхважного для "красного дракона" события со стороны международного сообщества (кстати, вам, читатели, эта ситуация ничего не напоминает - типа ввода советских войск в Афганистан и бойкота Московской олимпиады-1980?) у тибетских "диссидентов" вроде бы появлялся, пусть призрачный, иллюзорный, но шанс хотя бы на относительную масовую безопасность: короче говоря, на дубинки и газы, а не пули.

Самое удивительное, что эти расчеты оказались более-менее верными, так всё оно, по большому счёту, и произошло.

В Тибет были введены дополнительные чати китайской армии (сколько - никто точно не знает, но не менее 20 тысяч человек), однако их задачей стали, судя по всему, не карательные акции, а поддержание порядка на улицах и недопущение дальнейших массовых акций протеста. Всем участникам беспорядков, которые добровольно сдадутся властям, была обещана амнистия, однако та сотня с небольшим человек, которые, согласно официальным данным, доверились этому обещанию, скорее всего, являлись секретными агентами китайских спецслужб и должны были послужить примером для остальных. Однако никаких "остальных" не последовало, что лишний раз говорит о явной нестихийности и высокой степени организации прошедших акций протеста. Аресты же вообще затронули пока лишь несколько десятков человек.

Весьма характерно также, что, несмотря на сверхактивное участие в беспорядках буддистских монахов (кто бы мог подумать о таком политическом сатори?!), сам Далай-лама демонстрировал свою полную непричастность к данным событиям, а на обвинения со стороны китайских властей даже заявил, что всегда выступал за проведение Пекинской олимпиады, а также готов отказаться от своего высокого духовного звания (наверное, путем реинкарнации - других вариантов как-то не просматривается) ради мира и счастья тибетского народа.

Разумеется, это февральско-мартовское обострение ситуации в Тибете достаточно дорого обошлось для КНР. Речь идет не столько о прямом ущербе в виде разбитых и сожженных автомобилей или магазинов, сколько о закрытии туристских маршрутов, высылке иностранцев и расходах на переброску войск.

Еще существеннее экономического ущерба может оказаться ущерб политический. Имеется в виду как внутриполитический, так и внешнеполитический аспекты.

XVII съезд КПК в октябре 2007 года и недавняя сессия ВСНП КНР определили в качестве главной проблемы современного китайского общества неравномерность его социально-экономического развития по регионам страны, что ведет к обострению политической ситуации в стране. "Локомотивы развития" в виде бывших свободных экономических зон продолжают стремительно уходить вперед, фактически потеряв "вагоны" отсталых и по преимуществу сельскохозяйственных регионов. А резкий рост цен на внутреннем рынке, спровоцированный "процветающими" анклавами юго-востока, становится всё более невыносимым для беднейших слоев китайцев, которые сегодня составляют около половины населения страны. Только официальные цифры городской безработицы достигают 4,5% трудоспособного населения - это примерно 15 млн. человек.

А общая безработица в КНР, согласно целому ряду источников, может достигать уже 100 млн. человек, что также не способствует повышению реальных доходов населения и развитию единого внутреннего рынка - приоритетным задачам нового внутриполитического курса китайской компартии.

Не случайно на сессии ВСНП были даны рекомендации "притормозить" локомотивы, чтобы получить возможность "подогнать" к ним остальную экономику. Вот этому резерву главного китайского командования и угрожают события в Лхасе.

Если дать "тибетскому костру" разгореться, огонь вполне может перекинуться не только на другие национальные окраины Китая - например, на Синьцзянь-Уйгурский район, но и на беднейшие регионы, населенные собственно ханьцами. А уж такого развития событий власти в Пекине не могут допустить ни в коем случае.

Что же касается внешнеполитических осложнений, то, помимо неприятной, но уже привычной необходимости дополнительно объясняться со странами Евросоюза и Соединенными Штатами по поводу "соблюдения прав человека", Китай оказывается перед перспективой нового ухудшения отношений с Индией вокруг тибетского "яблока раздора". Стоит напомнить, что нынешняя резиденция Далай-ламы находится в городе Дхармсала на севере Индии, а американские политики и дипломаты все последние годы усиленно обхаживают Дели на предмет установления более тесных и даже союзнических отношений между США и Индией. "Против кого дружить" может этот несколько странный союз, тоже не вопрос - разумеется, против Китая.

То, что первая половина XXI века будет эпохой если не "смены глобального лидера", то ожесточенной конкуренции за эту роль между Соединенными Штатами и КНР, сегодня уже никаких сомнений не вызывает. США стоят на грани так называемой рецессии, которая по своим разрушительным последствиям для американского общества может превзойти Великую Депрессию, а Китай развивается уникальными темпами свыше 10% ежегодно. Учитывая во многом "виртуальный" характер американской экономики, по-прежнему, несмотря на падение доллара, явно заниженный курс юаня и наличие у Пекина весьма "непрозрачного" реального сектора, где неизвестно что спрятано, а также таких сателлитов, как активы Тайваня, Гонконга, Макао и "хуацяо" по всему тихоокеанскому (и не только) региону, "битва кита с драконом", если таковая начнётся, уже сегодня будет проходить практически в одной "весовой категории".

При этом Китай выступает главной "мастерской мира", а Соединенные Штаты - главным "мировым потребителем", так что разрыв или хотя бы надрыв данной связки будет иметь катастрофические последствия для всего мира. Куда более ощутимые, чем мифическая "ядерная зима", угроза которой в своё время сделала абсолютно бессмысленным весь советский ракетно-ядерный потенциал.

Отсюда понятно, что до открытого столкновения ни в Вашингтоне, ни в Пекине дело постараются не доводить. Конечно, Америке увидеть разделенную на несколько "сражающихся царств" Поднебесную мечтается даже во сне. Конечно, Китаю надоело продавать свои товары за стремительно обесценивающиеся долларовые "фантики" и обязательства казначейства США заплатить по-настоящему когда-то в неопределенном будущем. Но силовое разделение этих сиамских (а вернее - тихоокеанских) близнецов пока не гарантирует выживания ни тому, ни другому. И это прекрасно понимают не только по обе стороны Тихого океана, но и во всем мире.

Поэтому пока Нэнси Пелоси, лидер демократического большинства в Конгрессе США, посещает Далай-ламу и произносит выспренные речи о страданиях Тибета как вызове всему прогрессивному и демократически мыслящему человечеству, пока Папа Римский Бенедикт XVI в своей пасхальной речи впервые упоминает Тибет как одну из "ран современного мира", Джордж Буш-младший спокойно готовится к визиту в Пекин, лидеры европейских государств заявляют, что никакого бойкота китайских товаров и Пекинской олимпиады не будет, а олимпийский огонь из Греции, несмотря на "сторонников независимости Тибета", выбежавших к председателю организационного комитета Лю Ки и размахивавших за его спиной "траурными" черными флагами с пятью олимпийскими кольцами, - отправился по намеченному маршруту "с заездом на Джомолунгму". Так что - "только бизнес, ничего личного".

Впрочем, высокопоставленные пекинские товарищи в этом отношении ничуть не уступают своим коллегам из "вашингтонского обкома".

Приход к власти на Тайване кандидата от Гоминьдана Ма Инцзю, который получил 58% голосов избирателей, - возможно, несколько и преждевременное, но зато чрезвычайно веское "китайское предупреждение" заокеанским геостратегам. Если уж "прекрасная Формоза", которую они столько лет считали своим непотопляемым авианосцем, возьмет курс к берегам континентального Китая, на других союзников в азиатско-тихоокеанском регионе Соединенным Штатам рассчитывать уже ни придётся. Это касается и Японии, и Австралии, и Филиппин, и кого угодно еще. Уход Тайваня будет настолько наглядной демонстрацией силы КНР и слабости Америки, что желающих и дальше связывать свою судьбу с "уходящей натурой" окажется не слишком много: судьбы гитлеровской Германии в конце войны и "перестроечного" горбачевского СССР тому доказательство.

Еще одним ожидавшимся, но от того не менее значимым следствием американского "камушка", брошенного в горы Тибета, стала официальная заявка Ирана о вступлении в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС). Понятно, что без предварительных гарантий ее благосклонного рассмотрения со стороны Пекина и Москвы на такой шаг официальный Тегеран никогда бы не решился - действительно, зачем ему лишние дипломатические унижения? В этой связи весьма характерно, что перед этим замминистра иностранных дел РФ Александр Лосюков заявил о возможности отмены долгие годы действовавшего моратория на принятие новых членов в ряды ШОС.

Не исключено, что тем самым Иран стремится дополнительно обезопасить себя от военного удара со стороны США, перспективы которого ближе к президентским выборам в Америке становятся всё более осязаемыми - во всяком случае, как уже неоднократно отмечалось экспертами, другой столь же привлекательной возможности сохраниться во власти и обеспечить Джону Маккейну триумфальное вхождение в Белый дом у республиканских "ястребов"-неоконсерваторов во главе с вице-президентом Диком Чейни пока не просматривается.

При самом небольшом желании к тому же глобальному геополитическому раскладу можно приплюсовать недавний конфликт между Колумбией, с одной стороны, и Эквадором, поддержанным Венесуэлой (и Никарагуа), - с другой. Противостояние проамериканских властей Боготы и организации Революционных вооруженных сил Колумбии (ФАРК) давным-давно вышло за рамки чисто политического противостояния. Всем хорошо известно, что после разгрома талибов и американской оккупации Афганистана производство героина и других опиатов в этой стране выросло в десятки раз(!), став реальной основой национальной экономики и практически уничтожив аналогичное производство в "золотом треугольнике" Индокитая, которое контролировалось китайскими "триадами". Теперь производство и экспорт "белой смерти" (прежде всего - в Европу, но и на постсоветское пространство тоже) курируют представители американских спецслужб. Более того, одной из главных составляющих сецессии Косово, наряду с военными базами и месторождениями редких металлов, стала именно ключевая роль населенного албанцами балканского анклава в логистике наркотраффика из Афганистана в Европу.

Само собой, эта ситуация на международном рынке наркотиков между героином и кокаином требует от американских кураторов опиатного бизнеса ослабления и устранения своих "кокаиновых" конкурентов - а это, прежде всего, те самые колумбийские партизаны-"леваки", с которыми так непримиримо борется президент Альваро Урибе, параллельно выжигая огнём и химикатами плантации "неправильного кустарника" у местных крестьян.

Разумеется, на этом фоне публично жующий листья коки венесуэльский президент Уго Чавес, может быть, выглядит несколько эксцентрично, но ведь от Джорджа Буша-младшего мы аналогичной степени искренности никогда не дождёмся, правда? Нынешние реалии геополитической борьбы далеко не всегда приглядны и даже приемлемы с точки зрения каких бы то ни было нравственных принципов, но "на войне как на войне", а "жизнь такова, какова она есть, и больше никакова".

Иными словами, в современном мире отчетливо звучит пока медленная, как "Болеро" Равеля и столь же непреодолимая "мелодия" консолидации государств вокруг разных "центров силы". Отсюда возникает вполне естественный вопрос о том, какую именно позицию следует избрать России. Выбор здесь, надо признать, не слишком велик: либо ориентироваться на сближение с Америкой (и/или Евросоюзом), либо, напротив, стремиться к союзу с Китаем, либо, в конце концов, пытаться держать нейтралитет и даже пытаться стать если не третьим глобальным, то хотя бы одним из региональных "центров силы".

К сожалению, последний (и, наверное, самый приемлемый для нашей страны) путь с каждым годом, с каждым днём, с каждым часом становится всё менее реализуемым и всё более утопичным. Потенциал российского развития реализуется в лучшем случае на несколько процентов, остальное продолжает сжиматься, как шагреневая кожа.

А геополитическая практика последних лет показывает, что на международной арене торжествует всё то же "право сильного" с древним девизом "Divide et impera!" - "Разделяй и властвуй!" Все сценарии известных "оранжевых революций", от Грузии до Тибета, были направлены на фрагментацию и ослабление стратегического потенциала крупных государств, способных хотя бы потенциально бросить вызов глобальному господству США. Когда ты велик, един и силен, а твои соседи малы, разобщены и слабы, - ты можешь быть намного увереннее в своем настоящем и будущем. Однако эта естественная "имперская" логика, как тоже показывает история, в конце концов приводит империи к застою и краху.

Сегодня Россия по своей собственной, а значит - и по нашей с вами, вине, оказалась в ситуации, аналогичной ситуации Александра Невского и Даниила Галицкого: зажатой между Западом и Востоком. Западные "родственники" кажутся более понятными и приемлемыми, однако они вполне способны и очень намерены трансформировать "матричное ядро" нашей социокультурной идентичности (условно говоря, не католичеством, так Голливудом) - а восточным "чужакам" явно "не до нас", у них масса куда более близких проблем, они даже сориентированы двигаться не на север, а на юг, в страны Тихоокеанского региона, рассматривая Россию, скорее, не как пространство для колонизации и трансформации здешнего населения, сколько как источник материальных (и энергетических ресурсов) для своих нужд. Неполных восемьсот лет назад Русь сделала свой выбор. Что выберет Россия сегодня?

По информации "Завтра"

26.03.2008