С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Виталий Билан

ИРАН, ЕГИПЕТ И ФАКТОР САУДОВСКОЙ АРАВИИ

Кроме охлаждения отношений между Египтом и Израилем, пожалуй, вторым региональным "постреволюционным" трендом можно назвать сближение Каира и Тегерана, начавшееся, фактически, сразу же после свержения режима Хосни Мубарака. Это, в свою очередь, добавляет проблем не только Израилю. В не меньшей степени потенциальным налаживанием египетско-иранских отношений обеспокоена и Саудовская Аравия.

Используя "революционный момент"

"Иран и Египет являются двумя главными столпами исламского мира", - заявил после египетской "революции" министр иностранных дел Ирана Али Акбар Салехи, добавив при этом, что, в случае получения приглашения посетить с визитом АРЕ, он непременно этим воспользуется.

Следует отметить, что такие заявления не случайны, т.к. Тегеран воспринимает арабские "революции" (и, в первую очередь, египетскую) в качестве уникального шанса для создания более выгодной для себя диспозиции в регионе.

В этом плане, АРЕ, вне всякого сомнения, "ключевое" государство для Ирана. Тем более высокие представители египетского МИД уже неоднократно заявляли о намерении открыть новую страницу в отношениях с Тегераном после их резкого ухудшения в феврале 1979 г., когда в Иране была свергнута дружественная Египту монархия и установлено "исламское правление".

В результате, Каир и Тегеран проводят консультации для восстановления дипломатических отношений, а также интенсификации двусторонних экономических и других контактов (после того, как в 1980 г. Иран разорвал дипломатические отношения с Египтом в связи с заключением мира между АРЕ и Израилем, между двумя странами до сих пор нет полноценных дипломатических отношений, а действуют лишь "секции интересов").

Судя по всему, более-менее успешно для Тегерана завершилась также встреча руководителя иранского МИД со своим египетским коллегой Набилем аль-Араби в мае этого года в Индонезии в ходе саммита Движения неприсоединения. На это указывает то обстоятельство, что в начале июня министр иностранных дел Ирана во время встречи с прибывшей в Тегеран египетской делегацией богословов, общественных и политических деятелей был полон оптимизма перспектив дальнейшего углубления ирано-египетского сотрудничества. В частности, глава внешнеполитического ведомства ИРИ заявил, что Тегеран готов возобновить дипломатические отношения с Каиром "в любой момент". Дело, по словам Салехи, за официальным Каиром.

В связи с этим, он выразил надежду "на прорыв в двусторонних отношениях" после выборов в египетский парламент, намеченных на сентябрь.

Важно отметить, что кроме руководителя иранского внешнеполитического ведомства, египетскую делегацию также принял и президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, заявив, в своем стиле, что западные державы опасаются восстановления египетско-иранских отношений, а также, что сообща Египет и Иран смогут "бросить вызов сионистскому режиму". Ахмадинежад также отметил, что его страна готова поделиться накопленным опытом с "египетскими братьями" во всех отраслях.

Тегеранские надежды

Показательно, что такая тегеранская любезность по отношению к египетской делегации наблюдалась в аккурат после инцидента с высылкой из АРЕ по обвинениям в шпионаже работавшего в "секции интересов" ИРИ в Египте иранского дипломата, который, по мнению египетской разведки, собирал информацию экономического, политического и военного характера о Египте и странах Персидского залива, а затем передавал ее в иранскую столицу.

Иран, устами Салехи, поспешил назвать данный инцидент "недоразумением, которое уже урегулировано", и подчеркнул, что, несмотря ни на что, "с оптимизмом смотрит на возможность укрепления двусторонних отношений с Египтом, поскольку у народов наших стран есть обоюдное желание поднять эти отношения на более высокий уровень".

Очевидно, что Иран сейчас будет прощать Каиру многое. В Тегеране прекрасно понимают, что ситуация в целом развивается в их пользу.

Во-первых, "египетская улица" все больше начинает чувствовать экономические последствия "революции" и, следовательно, искать простые решения своих проблем. В результате, резко возрастает рейтинг исламистов из бывших "Братьев-мусульман".

Однако, в отличие от, скажем, Саудовской Аравии, египетские мусульмане в целом толерантны к шиизму, а исламское духовенство АРЕ признает шиитов как вполне допустимое религиозное течение.

Во-вторых, в египетском социуме все большее распространение получают антиизраильские настроения, о чем автору уже доводилось писать ранее на страницах НВО. А эту тенденцию Тегеран наверняка будет "подогревать", используя, в первую очередь, палестинскую проблематику.

Впрочем, для руководства ИРИ не все так просто. Ведь "египетская улица" и официальный Каир - это, мягко говоря, не одно и то же.

Сдержанность официального Каира

В отличие от своих иранских партнеров по переговорам, официальный Каир не проявляет такого уж сильного рвения наладить отношения с ИРИ. В частности, в апреле ряд региональных медийных ресурсов сообщили, что руководство ИРИ впервые за 30 лет назначило посла в АРЕ. Сообщалось, что им стал Али Акбар Сибавих, который является как опытным дипломатом, так и знатоком религиозных нюансов ислама (как-никак, сын видного иранского религиозного деятеля).

В ответ же МИД Египта заявил, что еще не принимал решения о полном восстановлении двусторонних отношений. "Пока такого двустороннего соглашения не существует, а восстановление отношений в одностороннем порядке невозможно", - заявила официальный представитель внешнеполитического ведомства АРЕ Менха Бахум.

Ряд обозревателей одной из причин египетского затягивания этого процесса называют, в частности, отказ переименовать улицу в центре Тегерана, носящую имя Халеда Исламбули, убийцы египетского президента Анвара Садата. Хотя, очевидно, что история с улицей Исламбули раздувается для прикрытия других причин сдержанности официального Каира на иранском направлении.

Каковы же главные препятствия на пути ирано-египетского сближения? Их две.

Первая - это Запад и, прежде всего, США. Ведь именно Вашингтон является главным спонсором как египетской экономики (в сущности, каждый третий доллар в экономике АРЕ является американским), так и египетской армии.

Не удивительно, что египетские военные больше ориентированы именно на Запад. В такой ситуации Тегерану не стоит особо рассчитывать на слишком уж сильное расположение со стороны нынешней "милитарной" власти. Одна надежда: выборы и приход к власти в АРЕ исламистов.

Впрочем, есть и другая причина. Это Саудовская Аравия.

Между Тегераном и эр-Риядом

Похоже, нынешние власти АРЕ в своих отношениях с Саудовской Аравией решили выступить в роли политического "шантажиста" (на что, в частности, указывает мартовский визит в эр-Рияд нового главы египетской военной разведки).

Будучи заинтересовано в крупных финансовых саудовских инвестициях, египетское руководство и дальше наверняка будет методично "пугать" эр-Рияд альянсом с Ираном. Очевидно также, что Каир ныне избрал выжидательную тактику. Новые власти будут смотреть, чьи "нефтедоллары" возьмут верх: иранские или саудовские.

Пока "региональное состязание" проходит с переменным успехом. После того, как саудовцы смогли отстоять свои "рубежи" в Бахрейне, да и во всем Заливе, Тегеран, похоже, нанес ответный удар в Вене во время саммита Организации стран-экспортеров нефти, где было решено сохранить квоты на продажу нефти в прежнем размере, несмотря на позицию ее главного экспортера - Саудовской Аравии.

Эр-Рияд требовал увеличить квоты на продажу нефти, чтобы несколько снизить на нее цены и, тем самым, стимулировать рост мировой экономики. Данное предложение было поддержано остальными арабскими государствами Залива. Однако Иран, а также еще пять стран выступили против, сорвав, тем самым, саудовскую инициативу. Министр нефтяной промышленности Али Наими после окончания саммита признался, что это было "одно из худших совещаний на его памяти".

В общем, похоже, борьба за региональную гегемонию в треугольнике "Иран-Египет-Саудовская Аравия" только набирает новые обороты. А это значит, что мы еще увидим не одну ближневосточную геополитическую интригу с самыми непредсказуемыми последствиями.

Виталий Николаевич Билан - эксперт по Ближнему Востоку, специально для Интернет-журнала "Новое Восточное Обозрение".

По информации - Новое Восточное Обозрение

16.06.2011