С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Мария Рыбина

КОПТЫ И МУСУЛЬМАНЕ ЕГИПТА. ЧТО ДАЛЬШЕ?

В новогоднюю ночь на 1 января 2011 г. у здания коптского кафедрального собора аль-Киддиссин (Всех Святых) в египетском городе Александрия раздался взрыв, унесший более 20 жизней. Взрывной механизм привел в действие террорист-смертник, когда из церкви по окончании службы стали выходить прихожане. Трагедия в Александрии вызвала широкий общественный резонанс как в самом Египте, так и на международной арене. Сразу же после теракта христиане ворвались в расположенную неподалеку от церкви мечеть, спровоцировав потасовку. Похороны жертв теракта обернулись новыми инцидентами: копты, участвовавшие в траурной церемонии, отказались принимать соболезнования президента Хосни Мубарака, который в своем телевизионном обращении утверждал, что видит в преступлении "иностранную руку" и попытку дестабилизировать ситуацию в Египте.

Западные политики отреагировали на взрыв у церкви Александрии достаточно резко. Президент США Барак Обама осудил "этот варварский и отвратительный акт", подчеркнув, что виновные должны понести наказание. Ангела Меркель заверила, что Германия, как член Совета Безопасности ООН, обязуется "оказывать поддержку христианам и представителям других религий в их борьбе за свободную жизнь", и призвала Европейскую комиссию взять недавние теракты под свой контроль. Со схожими заявлениями выступили МИД Италии, Франции, а также глава Римско-католической церкви папа Бенедикт XVI, потребовавший от политических лидеров конкретных действий в борьбе с религиозной нетерпимостью. В свою очередь, такая реакция спровоцировала рост антизападных настроений в самом Египте и еще большую напряженность в отношениях коптов и мусульман.

Взрыв в Александрии и последующие за ним события - не единственный пример обострения межобщинных отношений. Стоит вспомнить страшную трагедию в египетском городе Наг-Хаммади в 2009 г. (тогда из проезжающей машины были расстреляны 6 молодых коптов, выходивших из церкви во время Рождественской службы, а также один охранник-мусульманин) и многие другие случаи столкновений на религиозной почве.

Копты составляют около 10% 80-миллионного населения Египта. Формально считается, что они были полностью интегрированы в египетское общество еще в 1855 г. с отменой джизьи - налога, который платили только христиане-мужчины. В реальности же копты по-прежнему подвергаются дискриминации на самых разных уровнях, от государственного до бытового. Пришедший в 1981 г. к власти Хосни Мубарак предпринял ряд шагов по снижению межконфессиональной напряженности. В 1985 г. он разрешил патриарху Шенуде III вернуться к исполнению обязанностей предстоятеля Коптской церкви (был отстранен от них Анваром Садатом). После объявления в 2003 г. Рождества национальным праздником коптские рождественские и пасхальные богослужения стали регулярно транслироваться по телевидению. Перед президентскими выборами в 2005 г. Мубарак снял ограничения на строительство коптских церквей в Египте. В то же время вопрос об изменении Конституции в сторону большей религиозной свободы для христиан не поднимался. Кроме того, послабления коптам со стороны государства во многом обусловлены позицией Запада, главным образом США, где сильно коптское лобби в Конгрессе - американская финансовая помощь Египту поставлена в зависимость от соблюдения в стране принципов религиозной свободы.

По сообщениям "Аль-Джазира" и других СМИ, копты принимали активное участие в протестах, приведших к отставке Мубарака. Между тем, после отстранения от власти Мубарака напряженность в отношениях мусульман и христиан не спала. В начале марта в пригороде Каира, в районе Хелвана, в ходе столкновений коптов и мусульман, вызванных сожжением христианского храма, погибло, по крайней мере, 13 чел. 7 мая в каирском пригороде Имбабе в ходе беспорядков с участием представителей двух конфессий лишилось жизни еще 15 чел., были сожжены две церкви, горели жилые дома и автомобили. В ночь с 14 на 15 мая столкновения перекинулись в центр Каира, к зданию Государственного телевидения.

Очевидно, что сохранение мира во взаимоотношениях христианского и мусульманского населения (особенно сейчас, в период перемен) является залогом стабильности внутриполитической ситуации в Египте и в регионе в целом. Ввиду этого возникает опасность искусственного разжигания межконфессиональной розни и использования религиозных чувств населения как противниками действующей власти (зачинщиков последних майских беспорядков открыто называют контрреволюционерами), так, собственно, правящим режимом (лидер общины египетских коптов-католиков Антониос Наджиб обвинил к тому времени уже бывшего президента Мубарака в организации массового убийства христиан-коптов в Александрии с целью обострения ситуации в стране, а генеральный прокурор Египта Абдал Майид Махмуд заявил, что заказчиком покушения на коптскую общину в Александрии стал экс-министр внутренних дел Хабиб эль-Адли, организовывавший акты саботажа в трудные для правящего режима дни), а также разного рода экстремистскими организациями и силами, рассматривающими религиозный фактор как рычаг внешнеполитического давления.

В этой связи особенно важными, на мой взгляд, являются инициативы новых египетских властей по урегулированию религиозного вопроса. Уже 9 марта, через три дня после сожжения церкви в Хелване, глава временного правительства Египта Эссам Шараф организовал встречу с группой коптов-христиан, по результатам которой глава Высшего совета вооруженных сил Египта Хусейн Тантауи распорядился восстановить сожженную церковь к празднованию Пасхи. В разгар майских беспорядков 8 мая было сделано заявление о том, что перед военным судом предстанут более 190 задержанных в ходе межрелигиозных столкновений. Египетское правительство также высказало намерение ужесточить законодательство в отношении тех, кто покушается на объекты религиозного культа.

Данные шаги египетских властей, безусловно, следует оценить как направленные на поддержание мира во взаимоотношениях представителей двух религиозных общин в непростой период политических преобразований. Хочется надеяться, что в дальнейшем власти не откажутся от инициатив такого рода и продолжат политику диалога на самых разных уровнях, не позволив превратить религиозных вопрос в разменную монету в борьбе различных политических сил. И ислам, и христианство имеют достаточно точек соприкосновения для ответов на вызовы, с которыми сталкиваются сегодня обе стороны. И исламский, и христианский мир выдвигают на первый план защиту ценностей человеческой жизни, достоинства личности, свободы во всех ее проявлениях. Не это ли основания для совместного проведения в жизнь социальных и политических преобразований, которых ждут сегодня и копты, и мусульмане Египта?

По информации - Новое Восточное Обозрение

03.06.2011