С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

. . . . . . . .

. . . . . . . .

Юрген Хюбшен

ИРАН В ПОИСКАХ НОВОГО СТАТУСА: ИТОГИ 2007 ГОДА

Полковник в отставке Юрген Хюбшен, бывший военный атташе Германии в Багдаде, выступил с докладом о ситуации в Ираке перед личным составом 4-й дивизии Люфтваффе в Аурихе. Г-н Хюбшен является автором трех книг об Ираке и Ближневосточном регионе. Еще в период действительной военной службы полковник Хюбшен предупреждал о непредсказуемых последствиях, которые могут возникнуть в случае вторжения американских войск в Ирак. С тех пор он регулярно анализировал драматический ход событий в Ираке и регулярно выступал с мирными инициативами.

США НЕ ЯВЛЯЮТСЯ "МОНОЛИТНЫМ БЛОКОМ"

Прежде чем перейти к основной теме и обосновать свой тезис о том, что трагедия в Ираке является следствием отсутствия политических идей и культурной безграмотности, я хотел бы сделать несколько предварительных замечаний, которые построены на основе: 1) непосредственного знания Ирака и арабской ментальности из опыта трехлетней работы в регионе; 2) пристального изучения событий в Ираке и на Ближнем и Среднем Востоке с возраста двадцати лет; 3) личных контактов в Ираке; 4) личных контактов в США; 5) регулярного мониторинга американской и британской прессы; 6) материалов пресс-конференций и бюллетеней Белого Дома; 7) изучения периодических изданий по вопросам обороны и вооружений; 8) изучения стратегических документов ВС США; 9) регулярного мониторинга иракских сайтов

Я знаю, что Саддам Хуссейн был диктатором, и имею представление о его преступлениях.

Я прожил один год в США и за почти 40 лет своей военной службы постоянно поддерживал тесные, доверительные и успешные контакты с американскими сослуживцами. Будучи убежденным атлантистом, прекрасно отдающим себе отчет, насколько для нашей страны важно партнерство с США, я, тем не менее, считаю, что никакая дружба не означает и не должна означать солидарности с несправедливыми делами и лояльности к таким делам. Мне также известно, что США не являются монолитным блоком, как это обычно изображается перед германской общественностью.

Я выступаю против действующей администрации США, поскольку ее деятельность во многих областях противоречит нормам международного права, а операция "Иракская свобода", по моему мнению, не совместима с правами наций.

ПО ТУ СТОРОНУ ОПТИМИЗМА

В целом реальную ситуацию в Ираке оценивать трудно, поскольку на эту тему высказываются противоположные суждения, и кроме того, очень много зависит от того, чего хочет добиться каждый из оценивающих своими высказываниями. Помимо этого, многие сообщения наших медиа основаны на неподтвержденной информации; в лучшем случае речь идет об оперативных отчетах, а не о фактах, как мы говорим в практике военной разведки. Между тем, для того чтобы составить собственное мнение, особенно важно обладать исчерпывающими сведениями, чтобы правда не смешивалась с желательной правдоподобностью.

Я могу привести два примера ситуаций, когда положение в Ираке отличалось от его освещения.

2 ноября Джордж Буш выступал в Форт Джексон перед 1300 военнослужащими, закончившими предварительное обучение. При этом он изложил информацию о положении в Ираке в собственном представлении. Так, он провозгласил, что с июня, когда американский контингент в Ираке увеличился до нынешних 130 тысяч, еженедельные диверсии с использованием усовершенствованных взрывных устройств сократились примерно вдвое. Число жертв в этот период было наименьшим за прошедшие 19 месяцев, и с января 2007 года американские войска вместе с иракскими силами безопасности за месяц уничтожали или брали в плен около 1500 боевиков в месяц. После передачи провинции Кербала иракской стороне уже 8 из 18 иракских провинций были переданы под ответственность иракской администрации.

Дословно президент США сказал: "Медленно, но верно иракцы возвращаются к мирной жизни. Иракские солдаты приобретают новые навыки, и это значит, что мы начинаем постепенно возвращать солдат домой - и теперь мы это делаем с позиции силы. Отмечается улучшение экономических показателей Ирака; инфляция сократилась вдвое. Производство электричества в сентябре достигло максимального уровня с начала войны - оно превысило даже уровень саддамовского времени".

Относительно дееспособности иракского правительства Буш сказал следующее: "Примирение на национальном уровне не прошло так быстро, как мы рассчитывали, и я изложил свою озабоченность иракскому правительству".

В тот же день руководитель демократического большинства в Сенате Гарри Рид (Невада) говорил о ситуации в Ираке следующее: "Сведения о сокращении числа жертв среди гражданских лиц - позитивная новость. Тем не менее, масштабы насилия в Ираке остаются на высоком уровне. Наша главная цель - политическое примирение - так и не достигнута, и иракские силы безопасности не могут сегодня взять на себя ту ответственность, которую им доверил сам президент, объявив в январе свою стратегию эскалации".

Корреспондент CBS Аллан Пиззи сообщал с места событий в Багдаде 4 ноября: "Конечно, имеются данные - как статистические, так и эмпирические, - о том, что насилие сокращается и хрупкая стабильность устанавливается на большей территории. В октябре количество потерь среди гражданских лиц действительно сократилось, и в тех местах, где в течение года и более висели вывески "Вход запрещен", открываются магазины и рестораны. Иракское правительство объявило, что около 3000 иракских семей, выехавших из Багдада в страхе перед религиозной резней, за последние три месяца вернулись в город.

С другой стороны, на этой неделе иракское Общество Красного Полумесяца выпустит доклад, в котором показано, что количество вынужденных переселенцев в Ираке на сегодня насчитывает 2,3 млн, что означает 16-процентный рост за последний месяц. 65% беженцев составляют дети".

Относительно числа уничтоженных боевиков Пиззи в своем сообщении из Багдада утверждал: "Как это ни цинично звучит, расчеты основаны на предположении о том, что все убитые в результате налетов или воздушных ударов являлись боевиками. Но поскольку никому не известно, каким количеством боевиков на самом деле располагает "Аль-Каида" или другие повстанцы, подсчет трупов лишь означает, что перестрелка продолжается. А произошла ли смена течения или же имеет место временный отлив - это можно в лучшем случае называть суждением, притом тем, кто судит, пока нечего праздновать. Как сказал военный докладчик в Багдаде, "Ирак по-прежнему стеснен множеством вызовов".

Теперь я вам зачитаю отрывок из отчета корреспондента Associated Press Сиана Салахетдина, который описывает "вполне обычный" день в Ираке: "По сообщениям полиции, боевики на двух автомашинах подкараулили старшего консультанта министра финансов Ирака и расстреляли его и его водителя. Министерство финансов ничего не смогло сообщить по поводу убийства советника-суннита Кутайбы Бадира ад-Дин Мохаммеда.

В Дияле, неспокойной провинции на северо-востоке от Багдада, были убиты 10 человек, в том числе полицейский и 8-летний ребенок. Полиция также сообщает о столкновениях в Бухризе, пригороде города Бакуба, центра провинции Дияла. Полицейские при поддержке суннитской организации "Революционные бригады 1920-х" разгромили отряд боевиков и захватили оружие и боеприпасы. Убиты четверо, включая одного активиста "Революционных бригад". В тот же день отрезанная голова человека была обнаружена у дороги к северу от Бакубы. В это время в Тикрите взорвалась бомба под машиной, поставленной на стоянку; убито трое, в том числе ребенок шести лет..."

Журналистка Захар Исса рассказала, что в октябре шестеро женщин, работавших на McClatchy Newspapers Bureau, были награждены американской организацией Women's Media Foundation "Призом за смелость в журналистской деятельности". Захар Исса, одна из представленных к награде, пришла на церемонию в отель "Вальдорф-Астория" и заявила от имени всех шестерых, что группа отказывается от награды. По соображениям безопасности фотографировать мероприятие было запрещено.

В своем обращении мадам Исса сказала следующее: "Быть журналистом в охваченном насилием Ираке - дело непростое. На любой дороге вас подстерегает опасность, любой контрольный пункт, любой вопрос представляет угрозу. Каждое интервью, которое мы проводим, может оказаться последним... В любом обществе есть добро и зло. Законы регулируют поведение общества. В моей стране сейчас нет закона. Невинная кровь проливается ежедневно... сотни тысяч погибли, как мне кажется, ни за что.... Каждое утро, выходя из дома, я оглядываюсь с тоской, поскольку я могу этого дома больше не увидеть".

ХУДШЕЕ - ВПЕРЕДИ?

А вот сообщение моего друга Бена из Ирака, датированное 5 ноября 2007 г.:

"Как раз когда я пишу эти строки, мне звонит из Багдада мой друг, которого я знаю с двадцати лет. Он по личным причинам не смог оставить Ирак. Ситуацию в Ираке с точки зрения безопасности он называет "желтой", а не "красной", в отличие от начала этого года. Он в основном объясняет это обилием американских и иракских военных в городе, а также тем, что в центре города выстроены новые кварталы - отдельно суннитские, отдельно шиитские. Один из новых кварталов, "Адамия", вопреки протестам иракского правительства, окружен стеной трехметровой высоты. В охраняемый вход можно попасть через ворота, напоминающие городские ворота времен средневековой Европы. Американцыименуют эти новшества "gatedcommunities". Мой друг эвакуировал из Багдада свою жену и троих детей в Сирию и говорит, что в обозримом будущем не сможет оставаться в Ираке. Ему хорошо известно, что обстановка все время ухудшается".

К примеру, шиитский лидер Муктада аль-Садр намеревается развязать руки своему ополчению, которому он до настоящего времени не позволяет действовать открыто. Такие же намерения имеют другие местные лидеры, в первую очередь суннитские шейхи, которые в настоящее время партнерствуют с американскими войсками и поставляют им боевые кадры, причем центральному правительству Ирака они не подконтрольны. Это в первую очередь отношения силы, влияния, оружия и в особенности денег, притом очень больших денег. Многие из этих "партнеров" американских войск еще недавно атаковали американцев из подполья, и готовы заниматься этим снова, если не получат с них свою долю.

Пока в Ираке существуют вооруженные силы, не подчиненные местному правительству, установить общественный порядок и обеспечить безопасность населения не представляется возможным.

Как только американцы начинают выводить войска из Ирака, в первую очередь из Багдада и его окрестностей, подпольные формирования, по тактическим, так сказать, соображениям остающиеся в укрытиях, начинают дестабилизировать обстановку.

Иракское правительство слабо. Оно фактически не имеет реальной поддержки со стороны собственного народа и также по-настоящему не поддерживается американцами. Постоянно распространяются упорные слухи о том, что Вашингтон готовится заменить нынешнего шиитского премьер-министра Нури аль-Малики на его предшественника, американского вассала Айяда Алави. Это явно не будет способствовать стабилизации остановки, поскольку шиит Алави также не является представителем иракского населения и, как и ранее, не сможет обеспечить соразмерное включение суннитов в политический процесс.

ИСТИННЫЕ ПРИЧИНЫ ВОЙНЫ

Наблюдая реальную ситуацию в Ираке, поневоле задаешься вопросом о том, как такое случилось, что на протяжении почти пяти лет положение в этой стране не улучшается, а ухудшается.

Главная причина трагедии в Ираке состоит в том, что у этой войны не было ни убедительной политической концепции, ни военной стратегии, а в особенности - видения будущего, в том числе путей восстановления. Причина тому в первую очередь состоит в американском образе мышления, которое на многих примерах известно своим культурным невежеством и изобретением благовидных предлогов для войны.

Это типичное американское мышление можно плакатно проиллюстрировать следующими ключевыми понятиями: а) монополярное видение мира; б) стремление к гегемонии и имперское мышление; в) апология "американского образа жизни" в американском понимании свободы; г) экспорт демократии; д) "черно-белое" разделение на друзей и врагов, основанное на американском представлении о добре и зле; е) понимание патриотизма в духе "Боже, благослови Америку" или "Божественная земля"; ж) насаждение сатрапов и любимчиков; з) американская Realpolitik; и) всемирное военное присутствие; к) значение международных организаций и институтов; л) значение международных договоров; м) значение и роль правительственных и неправительственных организаций; н) принцип двойных стандартов; о) измышление и конструирование угроз; п) война как средство политики; р) экспорт оружия, с) обязательства США перед Израилем.

Этот типичный американский образ мышления еще более подчеркивается неадекватной заносчивостью нынешнего президента США, которого его мать до сих пор называет "The Chosen One (избранный)".

Когда американский журналист Боб Вудворд спросил Джорджа Буша о том, что он думал и что испытывал перед тем, как отдал приказ о вводе войск в Ирак, Буш изрек: "В этот период я молился о том, чтобы обрести силу для исполнения воли Божьей... Я, конечно, не оправдываю войну, основанную на религии, - прошу это понять. Тем не менее я молился о том, чтобы стать самым лучшим исполнителем Его воли"...

Убежденный в своей избранности, президент США решил, что ему не нужно заботиться о политической концепции; когда у него находятся основания для войны, моральная безупречность оказывается ненужной.

Говоря о причинах развязывания войны, следует выделять внешние (официально провозглашенные) и истинные причины.

Внешние причины войны:

а) предупреждение создания оружия массового уничтожения; б) противодействие международному терроризму.

Истинные причины войны:

а) геостратегическое положение Ирака; б) нежелание Саудовской Аравии оставаться преданным союзником США; в) насаждение модели "мира по американскому образцу" в регионе; г) нефтяные интересы; д) успешная деятельность экспертов ООН по вооружениям, итогом которой стало снятие санкций; е) невозможность использования иракского диктатора для устрашения региона, как это практиковалось ранее; ж) внутренняя консолидация иракского режима; з) президентские выборы в США; и) сведение личных счетов; к) апробирование новых систем вооружений; л) экспорт оружия; м) экономические выгоды.

ФАТАЛЬНЫЕ ОШИБКИ ПОЛА БРЕМЕРА

После противоправного вторжения в Ирак и свержения Саддама Хусейна был допущен ряд ошибок, результатом которых является трагедия сегодняшнего дня.

а) Корректировка плана действий.

Первоначально планировалось, что США, как оккупирующая держава, осуществит покорение Ирака с двух сторон. Нынешний представитель США в ООН Залман Халильзад должен был в мае 2003 года стать "специальным посланником в Ираке". Предполагалось, что он созовет нечто вроде афганской "Лойя джирги", чтобы сформировать переходное правительство при помощи местных старейшин. В качестве второй точки опоры должен был служить Пол Бремер как глава американской гражданской администрации.

Это вполне продуманное начинание было торпедировано Бремером, который не захотел делиться властью. Согласно одному из сообщений The New York Times, он убедил Джорджа Буша за совместным обедом, что "если по Ираку будут разъезжать два спецпредставителя президента, то такая система функционировать не сможет".

Не посоветовавшись с тогдашним госсекретарем Пауэллом и тогдашней советницей по национальной безопасности Кондолизой Райс, Буш принял решение назначить Пола Бремера главой Временного коалиционного правительства Ирака (CPA) в роли единственного уполномоченного президента в Ираке.

С этого началась катастрофа. Вопреки рекомендациям всех экспертов, Бремер принял три фатальных решения: а) распустил Вооруженные силы Ирака; б) распустил все полицейские силы; в) распорядился об отрешении от должностей всех членов партии Баас, в число которых входили почто все чиновники министерств и ведомств, все ученые и профессора, все врачи и почти все инженеры.

Своими действиями Бремер ликвидировал последние предпосылки суверенитета нового Ирака. Одно из последствий такого подхода состояло в том, что в Ираке получили полный иммунитет иностранные частные службы безопасности, включенные американской администрацией в так называемый "порядок 17".

Ситуацию, возникшую в результате такого подхода, метко охарактеризовал автор статьи в The New York Times от 8 октября 2007 года Пол Кругман: "Порой кажется, что единственный способ понять, что такое администрация Буша - это представить себе эксперимент, задуманный свихнувшимися политологами, которые решили посмотреть, что произойдет, если нация будет систематически игнорировать все, чему нас научили за прошедшие два века о способах управления государством".

Бывший главнокомандующий военным контингентом в Ираке, ныне генерал-лейтенант в отставке Рикардо Санчес приходит к тому же выводу, предъявив 10 октября этого года администрации Буша обвинение в "составлении катастрофически дефектного и шапкозакидательского военного плана". Он заключает: "Ведение войны администрацией Буша некомпетентно, и результатом его является кошмар, которому не видно конца. Наше национальное руководство проявило вопиющую и беспомощную стратегическую некомпетентность, в то время как гражданские чиновники уклонились от исполнения долга и погрязли в жажде власти... Администрация, Конгресс и все исполнительное руководство, в особенности Госдепартамент, должно нести ответственность за катастрофический провал, и американский народ должен призвать их к ответу... Проблемы в Ираке являются результатом кризиса национального политического руководства".

МАСШТАБЫ ТРАГЕДИИ

Ущербность американской стратегии в Ираке наиболее ярко выражается в отсутствии концепции восстановления страны.

5 августа 2002 года тогдашний госсекретарь Колин Пауэлл предупреждал Джорджа Буша о возможных последствиях вторжения в Ирак: "Вы намереваетесь стать гордым властителем 25-миллионного народа. Вы возьмете в свои руки их надежды, устремления и проблемы. Вы возьмете все это целиком. Но не уйдет ли на это слишком много кислорода? Если вы думаете, что для этого достаточно просто снять телефонную трубку и свистнуть, и тут же все пойдет само собой, то вы заблуждаетесь. Вам требуются союзники. Вам следует понять, что вам предстоит не только составление плана оккупации, но и многое другое. Подобная война может втянуть в себя большую часть американской армии".

Однако Пауэлл из неправильно понимаемой лояльности не сказал тогда: "Не делайте этого!" И по той же причине ровно шесть месяцев спустя он был готов обмануть весь мир с трибуны Совета Безопасности ООН, изложив оправдательные доводы в пользу вторжения в Ирак, вовсе не соответствовавшие действительности.

Это сделало Пауэлла соучастником сегодняшней катастрофы, которая полностью соответствует его предупреждениям пятилетней давности. Никто в Вашингтоне не оценил по достоинству его прогнозы. А в том, что касалось восстановления Ирака, была допущена прежде всего переоценка собственных возможностей, что проявилось не только в операции "Иракская свобода", но и в ходе почти двенадцатилетнего режима санкций.

Эта тихая война посредством санкций уже постепенно опустила Ирак до уровня страны "третьего мира". Еще в конце 1980-х годов Ирак располагал беспримерной для арабского мира системой здравоохранения. Медицинское обслуживание там было не только бесплатным, но и настолько качественным, что туда даже ездили лечиться саудовские шейхи.

Сегодня населению Ирака не оказывается даже элементарная медицинская помощь. А религиозные столкновения привели к тому, что пациенты обращаются лишь к врачам собственной религиозной принадлежности. Дошло до возбуждения уголовного дела против шиитского министра здравоохранения в связи с тем, что пациентам-суннитам в массовом порядке отказывали в медицинской помощи либо даже намеренно применяли к ним неадекватные методы лечения.

По данным Human Rights Watch, за период с начала вторжения в Ирак до середины 2006 года 2000 иракских врачей было расстреляно и около 250 похищено. Не говоря о том, что множество врачей были вынуждены эмигрировать в Сирию и Иорданию.

Система образования при Саддаме Хусейне также была образцовой. В стране не было ни одного безграмотного человека. Общее образование охватывало даже детей бедуинов-кочевников: каждый учитель был обязан провести часть профессиональной карьеры в лагерях бедуинов. В университетах 60% студентов составляли женщины, которые работали также в технических областях. Сегодня в тех высших школах, которые не были разрушены в ходе операции "Иракская свобода", возобновилось обучение, однако оно не соответствует требованиям современного образования.

Как ученые-медики, так и специалисты в других научных областях в большом числе покинули Ирак - как из-за запрета на профессию в связи с членством в партии Баас, так и из-за того, что не могли содержать свои семьи ввиду низкой оплаты научного труда.

Коммунальное электроснабжение и водоснабжение также ныне являются роскошью в нынешнем Ираке. Вывоз отходов функционирует лишь в нескольких провинциях, а канализационные системы так и не восстановлены. Сохраняются перебои и в снабжении топливом, поскольку иракские нефтедобывающие установки и нефтеперерабатывающие заводы все еще не приведены в исправность. Многим местным специалистам было отказано в сотрудничестве, поскольку американские фирмы - прежде всего Halliburton, из которой в американскую администрацию пришел вице-президент Дик Чейни - зарезервировали за собой определенные заказы; еще до начала войны эта компания получила определенные неофициальные гарантии. Тем не менее, производительность иракской нефтяной промышленности так и остается ниже довоенного уровня.

В целом восстановление иракской промышленности и инфраструктуры не продвигается, поскольку иракские компании недостаточно связаны производственными цепочками, а иностранные компании, в свою очередь, из-за нестабильной ситуации не хотят рисковать жизнями своих сотрудников.

Помимо политической нестабильности и бедственного состояния инфраструктуры, восстановление Ирака тормозится массовым бегством или изгнаниями населения.

По данным ведомства ООН по проблемам беженцев (UNHCR), количество иракцев-беженцев внутри и за пределами страны составляет около 4,5 млн. После свержения Саддама Хуссейна в Ирак вернулось около 500 тысяч человек. Однако в феврале 2006 года начался массовый исход. Это произошло после нападения на Золотую мечеть в Самарре. Сегодня Ирак покидают от полутора до двух тысяч человек в день.

По оценкам ООН, Ирак покинуло около 40% среднего класса, поскольку работники либо сняты с должностей, либо не находят себе никакой профессиональной перспективы.

Точных данных о количестве беженцев нет, однако по приблизительным оценкам, 1,2 млн иракцев переехали в Сирию, еще около 800 тысяч - в Иорданию, 100 тысяч - в Египет, от 50 до 60 тысяч - в Иран, 40 тысяч - в Ливан и 10 тысяч - в Турцию.

В пределах Ирака почти 2,3 млн человек являются в настоящее время вынужденными переселенцами, прежде всего в связи с попытками избежать чисток по конфессиональному признаку.

Представитель UNHCR Астрид ван Гендерн Сторт так охарактеризовала в интервью Gulf News в июле 2007 года проблему беженцев и состояние иракского народа: "У нас нет точных данных с 2003 года, но в целом мы видим катастрофу, и можем ожидать, что станет еще хуже. UNHCR оценивает ежемесячный прирост числа вынужденных переселенцев и беженцев из Ирака в 50 000 человек.

По данным ООН, около 4 млн иракцев нуждаются в продовольственной помощи; каждый четвертый ребенок страдает от дистрофии. Около 70% жителей Ирака не имеет достаточных запасов воды, и 80% - канализации. Уровень безработицы превышает 50%", - сообщает Астрид Сторт.

ВОЕННАЯ СТРАТЕГИЯ: КТО В ЛЕС, КТО ПО ДРОВА

Говоря о военной стратегии США в Ираке, я не могу не привести еще одно высказывание генерала Санчеса: "Если мы будем продолжать манипуляции и пытаться приспособить к реальности нынешнюю военную стратегию, мы никогда не достигнем успеха".

Можно, впрочем, отметить, что тот же генерал Санчес мог бы предложить альтернативную стратегию в тот период, когда был на службе; высказывать умные мысли, выйдя на пенсию, несравнимо проще. Увы, такое поведение, за редкими исключениями, типично для американских чинов.

В оправдание Санчеса можно сказать, что все политические и военные выкладки относительно начала операции <Иракская свобода> разрабатывались на высшем политическом уровне США в узком кругу неоконсерваторов, причем решения Джорджа Буша в значительной мере и сегодня определяются влиянием их предводителя - вице-президента Дика Чейни.

Итог отсутствия целостного концептуального подхода дополняется отсутствием собственно военной стратегии, на месте которой мы наблюдаем постоянно меняющиеся и часто ошибочные тактические новации.

Я приведу лишь несколько примеров.

Введение в Ирак лишь минимального военного контингента было результатом убежденности Дика Чейни в том, что иракский народ будет встречать своих освободителей с цветами, а также его расчетом на переход Северного Ирака под контроль 80 000 - 100 000 курдских "пешмерга". Расчет на освобождение чужими руками не позволял в дальнейшем полагаться на благодарность со стороны освобожденных. То обстоятельство, что отряды "пешмерга" не были разоружены и не прошли отбор, сделало эти формирования слабо управляемыми.

Решение распустить иракскую армию и службы безопасности не учитывало социальных последствий: от 6 до 8 млн иракских семей остались без источников постоянного дохода.

Предоставление "свободы рук" Муктада аль-Садру в бывшем Саддам-Сити с преимущественно шиитским населением, в свою очередь, привело к вынужденной необходимости прикармливать суннитские отряды и обращаться к услугам генералов из бывшей госбезопасности. Это обращение было запоздалым: к этому времени большая часть армейского истэблишмента приспособилась к существованию в подполье. В итоге доверить руководство шиитами пришлось бывшему майору иракских вооруженных сил Абу Абеду, который ранее осуществлял многочисленные теракты против американцев. Без его услуг оказалось невозможным обойтись, поскольку он фактически контролирует суннитский пригород Багдада - Амарию, располагающийся между аэропортом и центром города.

В итоге в Амарии подразделения Абу Абеда вытеснили силы национальной полиции. Эти боевики вместо униформы носят футболки, маски на лице и автоматы Калашникова наперевес.

Неразбериха в тактических решениях достигла апогея в период наращивания американского военного контингента до нынешних 168 тысяч человек. Между тем британские силы, сократившие свою численность от 40 до менее 5 тысяч, по-прежнему способны удерживать аэропорт Басра до своего вывода, запланированного на весну 2008 года. Кстати, Ирак уже покинули испанцы, датчане, итальянцы и большинство поляков - я называю лишь важнейшие из стран-союзниц.

Стратегические ошибки приводят к таким арабескам, как вышеупомянутое строительство заградительной стены вокруг квартала Адамия. Что не противоречит такому "тактическому приему", как оставление на улице "бесхозного" оружия - зажигательных бомб, патронов и взрывчатки - с расчетом на то, чтобы подловить и тут же расстрелять позарившегося на них иракца. Эту "программу" подверг жесткой критике президент Национального института военного права Юджин Файдель. "Если считать боевиками всех, кто прикоснется к брошенному оружию, тогда следует начертить мишень на спине каждого иракца", - говорит Файдель.

Следует отметить, что нынешнее рекордное число американских военнослужащих в Ираке включает в себя фактически не весь контингент: в регионе Багдада размещены дополнительные силы в размере 30 тысяч, которые планируется увеличить до 50 тысяч. Плюс к тому - 80 тысяч иракских военнослужащих, которые обязаны оказывать поддержку американцам в рамках новой программы "Clear and Hold".

Помимо вооруженных сил, в Ираке размещены по меньшей мере 20 "региональных отрядов реконструкции" и 68 "совместных станций безопасности" и "охранных постов". Сегодня их развертывание сокращает насилие, однако нет никаких гарантий, что эта система будет функционировать после очередного сокращения американского контингента. Тактическая концепция "Clear and Hold" может быть дееспособной лишь пока имеются в достаточном количестве вооруженные кадры для обеспечения этого "hold", то есть сдерживания - которое уже с начала будущего года планируется полностью доверить иракским военнослужащим.

АРМИЯ "МЕРТВЫХ ДУШ"

Если бы американская стратегия в Европе после окончания Второй мировой войны была столь же близорукой, как сегодня в Ираке, у Германии поныне не было бы собственной армии. Точно так же, как новый германский бундесвер оказался бы недееспособным без привлечения кадров с военным опытом, сегодняшние иракские армейские силы и подразделения безопасности беспомощны без офицерского состава старой армии.

Можно по-разному оценивать боеготовность американского военного контингента на конкретных фактах. Однако о том, как сооружена, оснащена и подготовлена иракская армия, не существует никаких данных. По существу, не известна даже ее численность, поскольку значительная доля ее солдат на поверку оказываются "мертвыми душами". Помимо этого, американский контингент до сих пор не доверил новоиспеченным иракским солдатам тяжелое оружие и авиацию. Все иракское люфтваффе состоит из трех транспортных самолетов С-130, нескольких самолетов-наблюдателей и ограниченного числа транспортных вертолетов.

Иракская армия оснащена польскими бронемашинами типа БТР-800UP, однако вовсе не имеет ни танков, ни артиллерии. Глава иракской армии генерал-лейтенант Али Гайдан, в апреле 2007 года на конференции в Багдаде привел следующие данные о наземном потенциале иракских сил:

- 8 дивизий на "втором уровне готовности";

- достаточное количество персонала;

- легкое вооружение;

- логистические мощности;

- отсутствие тяжелых вооружений.

Али Гайдан рассчитывал к концу 2007 года получить:

- две дополнительных дивизии;

- боевые танки M-60;

- оборонительные танки M-113;

- другие, преимущественно западные, тяжелые вооружения.

Ничего этого нет и поныне, хотя в общей сложности речь шла о формировании шести пехотных дивизии, трех мотопехотных и одной танковой дивизии.

Из американских источников можно сделать вывод о том, что оснащение Ирака тяжелым и "средне-тяжелым" оружием относится к "ограниченным приоритетам". В одном из официальных экспертных заключений Пентагона подчеркивается: "Мы можем приступить к комплексному оснащению иракской армии после того, как в Ираке будет обеспечена безопасность".

Теперь в Вашингтоне не могут решить, когда же это произойдет. Пока идут дискуссии на эту тему, иракское правительство обращается к Пекину для приобретения оружия.

ДВЕСТИ ТЫСЯЧ СТВОЛОВ "РАСТВОРИЛИСЬ" В ПЕСКЕ

Еще более трудоемкой проблемой является формирование новых сил иракской полиции, поскольку в данном вопросе проблема состоит не только в кадровом комплектовании, квалификации и оснащении, но еще и в коррупции, а также в проникновении в службы противников режима.

Политики США избегают вообще каких-либо конкретных высказываний по поводу оперативной готовности иракской полиции; похоже, что они вовсе ничего не хотят знать о ее дееспособности. Лишь Главное контрольно-финансовое управление Правительства США (GAO) поясняет по этому поводу: "Самой серьезной проблемой является обеспечение - логистическое, материальное, транспортное - иракских правоохранительных органов. Один пример: сегодня иракская полиция оснащена тысячей грузовиков американского производства, компьютерными системами, которыми иракские слесари-ремонтники пользоваться не умеют".

В одном из докладов Пентагона отмечается, что более 70% иракских полицейских не могут позволить себе нормальный рабочий день. Джозеф А. Кристоф, глава отдела по международным связям Аудиторского управления Конгресса США, так характеризует лояльность иракских правоохранителей: "Именно из иракской полиции были рекрутированы отряды шиитского ополчения. Службы внутренней безопасности Ирака разорваны на части религиозными и местническими противоречиями".

Сложность формирования новой правоохранительной системы Ирака усугубляется тем обстоятельством, что американская сторона годами не заботится о какой-либо добросовестной бухгалтерии и не следит за тем, на что выделяются финансовые средства и кому именно они поставляются. Различные эксперты, между тем, оценивают объем средств, выделенных на подготовку иракских правоохранительных структур, по меньшей мере, в 4 млрд долларов.

Согласно сообщению The Washington Post, подтвержденному - по крайней мере, косвенно - официальными лицами Пентагона, американские военные сегодня не в состоянии установить судьбу 30% вооружений, поставленных с 2004 года в Ирак, в том числе 110 000 автоматов и около 80 000 пистолетов. "Растворились" также 135 000 бронежилетов и 115 000 защитных шлемов.

Департамент обороны США вынужден также признать, что около двух третей оснащения, выделенного для поставки иракским правоохранительным органам, вообще не поступило в Ирак.

ПУШЕЧНОЕ МЯСО ПЛОХОГО КАЧЕСТВА

Посол Ирака в США Самир Сумайдайе говорит по этому поводу: "Недопоставки подрывают боеспособность вооруженных сил. Иракские войска часто оказываются пушечным мясом для боевиков. Уровень экипировки и вооружения иракских военнослужащих приводит правительство Ирака в смятение. Несмотря на постоянное партнерство с администрацией США, процесс повышения боеспособности иракских вооруженных сил не продвигается. Нужно изыскать какие-то способы изменения ситуации".

В "Экспертном докладе по предварительным оценкам" (Initial Benchmark Assessment Report) Белого Дома, датированном июлем 2007 года, состояние иракской полиции и армии оценивается следующим образом: "Возникшие сложности требуют формирования еще трех экипированных полицейских бригад для работы в Багдаде. Накануне из-за религиозных противоречий пришлось уволить со своих должностей как командующих обеими дивизиями иракской полиции, так и 7-9 командиров бригад и 16 командиров батальонов. В армейских формированиях не хватает старшего и младшего офицерского состава, а также тяжелого вооружения и функционирующей логистики. Иракские боевые подразделения, за редким исключением, неспособны воевать самостоятельно..."

Комиссия под руководством бывшего главнокомандующего войсками НАТО генерала Джеймса Джонса после изучения боеготовности иракских полицейских и военных формирования в своем докладе, датируемом сентябрем 2007 года, приходит к выводу о том, что кадры национальной полиции, подчиненных Министерству внутренних дел во главе с генералом-шиитом, инфильтрированы шиитскими экстремистами, что делает эти структуры неспособными к выполнению роли партнера американских вооруженных сил. "Нам придется начинать все сначала". 9 командиров бригад и 17 командиров батальонов сняты с должностей за поддержку повстанцев или за хищения.

Согласно официальным заявлениям Вашингтона, боеспособность иракской армии за период после введения дополнительного военного контингента возросла. Тем не менее, по оценке Кеннета Поллака из Brookings Institution, "потребуются еще годы для того, чтобы иракская армия смогла действовать самостоятельно и на необходимом уровне".

Президент США высказывается о сущности американской стратегии следующим образом: "Нашу стратегию можно вкратце описать так: как только иракцы встанут на ноги, мы отойдем". Однако никому не понятно, когда же это случится.

ИНЫЕ ИМЕЮТ ПРАВО БЫТЬ ИНЫМИ

Общая ситуация в Ираке может быть охарактеризована не иначе как трагедия. Число потерь коалиционных сил составляет 4177 солдат, в том числе 3873 американца, количество раненых официально оценивается в 38 164 человека. О количестве прочих травм среди военнослужащих точных данных нет.

Нет точной статистики и по потерям среди гражданского населения Ирака. Называется цифра в 30 тысяч, но реальное количество может быть значительно большим. Нет данных о числе убитых, раненых, потерявших кров.

Государственного порядка в Ираке не существует; страна практически охвачена гражданской войной. За исключением нефти, производство которой не достигло даже предвоенного уровня, когда действовало эмбарго на экспорт, иракское государство не имеет никаких доходов, поскольку экономика парализована. Акты насилия происходят ежедневно, и все большая часть иракцев покидает страну, не видя для себя здесь будущего.

И все же, имеется ли у Ирака какой-нибудь шанс на выживание, или же он обречен погрузиться в полный хаос?

Прежде всего необходимо создать базовые условия, приемлемые для всех вовлеченных сторон. В данном конкретном случае не должна складываться такая ситуация, когда Запад устанавливает шаблоны, которым Восток обязан соответствовать. Запад должен понять, что его образ жизни является итогом многих веков принципиально иного развития, чем на Востоке. Поэтому бесполезно ожидать, что эти ценности и образ жизни будут легко переняты иными культурами за значительно более короткое время и к тому же под давлением извне.

Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер по этому поводу однажды сказал: "Чтобы осознать обоюдную зависимость текущих событий, следует оценить то время, в котором живут люди. Поэтому важно не забывать о том, что в нашем глобализированном мире отдельные части живут в разные эпохи: Запад - в XXI веке, азиатский мир - на уровне Европы XIX века, а Ближний Восток - на уровне Европы XVII века".

Вопрос, который встает сегодня перед многими исламскими государствами, выражается в следующем: "Как мы можем стать современнее без того, чтобы стать западнее?" Соответствие технологии культуре и религии является решающей предпосылкой успеха. Глобализация и технологическое усреднение мира во многих местах воспринимается как угроза разрушения идентичности. Материальное благосостояние является приоритетной ценностью далеко не для всех культур. С другой стороны, прогресс не может сводиться исключительно к росту потребления.

Жизненная мудрость и житейские принципы материально бедных стран могут во многом обогатить материально благополучный Запад.

В центре взаимоотношений государств и народов должно находиться понимание человеческого достоинства, которое неизмеримо в материальных категориях. Разумеется, во многих исламских странах многого не хватает в области строительства демократического общества. Однако, с другой стороны, у Запада имеется явный дефицит готовности допускать такие формы демократии, которые учитывали бы традиции соответствующего общества. Это означает, что необходимо больше диалога о нуждах разных народов и цивилизаций и меньше доктринерства.

Попытки полной трансплантации западных моделей в страны с совершенно иными традициями являются ошибкой. В свою очередь, те исламские страны, которые отвергают такие ведущие понятия демократии, как ограничение господства, терпимость и правовое государство, также ошибаются: это не дает мирному сосуществованию никакого шанса.

По существу, решение этих проблем будет доступно лишь тогда, когда сообщество наций на основе Устава ООН огласит общие базовые принципы - своего рода "кодекс поведения" государств. Сущностное содержание и принципы этого "кодекса поведения" должны состоять в следующем:

Иные имеют право быть иными. Основой взаимоотношения государств и народов является человеческое достоинство. Северное полушарие является лишь одной из частей Земли. Человеческие личности не должны нивелироваться системами. Самоопределение народов, суверенитет государства и целостность его составных частей являются неотъемлемыми ценностями. Ни одно государство не вправе доминировать над другим. У каждого государства есть легитимные права. Гражданские права нужны всем, демократия по западному образцу - вовсе не обязательно. Резолюции ООН должны быть равно обязательны к исполнению для всех государств, независимо от их формы правления.

США ДОЛЖНЫ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ПРЕТЕНЗИЙ НА "PAX AMERICANA"

Здесь необходим общий концептуальный подход. "Плохого" и "хорошего" оружия не бывает. Любое оружие само по себе нейтрально. Вооружения наделяются моральной ценностью личностями и системами, которые их применяют. Понятие "оружие массового уничтожения" не должно ограничиваться только химическим, биологическим и атомным оружием. Оно должно включать в себя также напалм, кассетные бомбы, взрывчатые топливно-воздушные смеси и применение ковровых бомбардировок. Объем вооружений отдельной страны определяется правом на самооборону. Подобный "кодекс поведения" должен быть принят и Соединенными Штатами. В подтверждение приверженности этому Кодексу правительство США должно отказаться от гегемонистических установок и притязаний на Pax Americana. Для преобразования послевоенного порядка в Ираке оно должно сделать шаг назад и отказаться от своей доселе неограниченной ведущей роли в ООН.

Этому нет альтернативы. Это единственный и последний шанс для решения иракской проблемы. Ненависть к американцам в сегодняшнем Ираке настолько велика, что у местных жителей вызывает негативную реакцию все, что исходит из Вашингтона. Это достойно сожаления, поскольку, хотя американцев, о чем уже многократно говорилось, не следует отождествлять с режимом Буша, в Ираке также отождествление происходит. И в этом трудно упрекнуть иракский народ, поскольку ответственность за происходящее в их стране несет президент Буш, его неоконсерваторы и часть американских военных, действующих в Ираке.

Прежде чем пытаться установить мировое правление в духе Pax Americana, следовало бы просто изучить устройство исламских государств.

Арабские общества консервативны, этнически неоднородны и несут отпечаток родовых и клановых отношений. Женщины не наделены равными правами с мужчинами. Широкие слои населения не образованы.

В арабских обществах сферы религиозной и светской жизни не отделены друг от друга. Религия здесь не является частным делом отдельной личности. Более того, в исламском мире религиозная вера является фундаментом общества. Поэтому демократия здесь не имеет шансов, если она игнорирует эту волю. Иракских мусульман не привлекает "государство Бога" по иранскому стандарту, но не привлекает и светский (лаицистский) образ жизни по западному образцу. Ни один из арабских политиков не может себе позволить всерьез говорить с американцами о демократии, не обсуждая проблемы палестинского народа, поскольку, с точки зрения арабов, этот братский народ в течение десятилетий лишен двумя демократическими державами - США и Израилем - самого демократического из прав, а именно права на самоопределение.

Режимы, в течение многих лет поддерживаемые США, - к этому списку относится и режим Саддама Хусейна в начале 1980-х годов - отторгаются арабским сообществом, социально деградируют и в итоге становятся враждебными к Западу, и прежде всего к самим США. Западная демократическая модель не может за день-два переделать арабские общества. Общественные процессы нуждаются во времени. Тот, кто хочет демократии, должен считаться с волей отдельного человека.

Теория "демократического принципа домино" не взялась из воздуха. Нужно представлять себе тысячелетиями развивавшуюся арабскую культуру, религию, границы, прочерченные однажды колониальными державами, и не в последнюю очередь также корыстный интерес Запада, его жажду нефти, влияния и доминирования. Если бы сегодня во всех исламских странах были разрешены свободные выборы, повсюду пришли бы к власти самые радикальные антиамериканские силы.

Уже в ноябре 2003 года сенатор Эдвард Кеннеди говорил по этому поводу: "Мы должны понимать, что Америка не является ни всеведущей, ни всемогущей. Мы составляем лишь 6 процентов мирового населения и не в состоянии навязать свою волю остальным 94 процентам. Мы не в состоянии устранить каждую несправедливость и помочь в каждой беде. Это значит, что мы не можем предложить американское решение для каждой проблемы сегодняшнего мира".

Бывший президент США Билл Клинтон, выступая недавно в своей alma mater - Йельском университете, высказался в том же духе, говоря о будущем человечества и месте Америки в нем: "От политического руководства США требуется, чтобы оно прозорливо строило такой мир, в котором американцам хотелось бы жить с удовольствием, когда их страна уже не будет военной, политической и экономической сверхдержавой".

Эти рассуждения Клинтона продиктованы не пессимизмом, а дальновидностью.

МИРНЫЙ ПЛАН ДЛЯ ИРАКА

Уместно и своевременно задаться следующими вопросами:

Каким образом наделить более широкими полномочиями такие международные структуры, как ООН, чтобы они были более эффективны в разрешении конфликтов? Каким образом следует определить состав Совета Безопасности, чтобы он пользовался большим авторитетом и доверием? Как преодолеть бедность и отчаяние в мире, которые во многом порождают ненависть к Западу? Как преодолеть глубокие этнические и религиозные предубеждения через многостороннее культурное понимание? Тот, кто найдет ответы на эти вопросы, сможет обдуманно разработать и применить такое решение проблемы Ирака, которое не было бы исключительно военно-политическим. Для преодоления нынешнего хаоса в Ираке вначале необходимо создать некие фундаментальные предпосылки, прежде чем приступить к разрешению частных проблем.

Значимые предпосылки для решения всей совокупности проблем Ирака состоят в следующем:

- предъявление "дорожной карты" будущего Ирака;

- международные гарантии суверенитета и территориальной целостности Ирака;

- неограниченная свобода действий для политического руководства Ирака;

- пересмотр договора о прекращении огня между Ираком и Ираном от июля 1987 года;

- обязывающее и взаимоприемлемое установление границы между Ираком и Кувейтом;

- взаимоприемлемое урегулирование вопросов об использовании островов Вурба и Бубийян в северной части Залива между Ираком и Кувейтом;

- гарантии беспрепятственного доступа Ирака к Заливу;

- соглашение между Ираком и Кувейтом о расконсервировании месторождения нефти Румайла в районе кувейтско-иракской границы;

- урегулирование долговых проблем между Ираком и странами Аравийского полуострова;

- урегулирование репарационных претензий;

- обязывающее и по возможности целостное разрешение курдского вопроса в Турции, Сирии, Ираке и Иране.

Лишь когда эти предварительные условия, имеющие определяющее значение для будущего Ирака и приоритетные для любого иракского правительства, будут выполнены, возникнет возможность улучшения положения в Ираке в конкретных сферах. Если же на перечисленные основополагающие вопросы не будет найдено ответов, основы для долговременной стабильности в стране созданы не будут.

В этой связи - хотя бы для того, чтобы выработать решение вышеназванных проблем - необходимо созвать рабочую группу под эгидой ООН, которая - так сказать, из "второго ряда" - оказала бы поддержку правительству Ирака. Тем самым рабочая группа создаст предпосылки для стабильного послевоенного порядка в Ираке, а также возьмет на себя ответственность за направление и координацию восстановления страны.

Эта рабочая группа под эгидой ООН должна включать в себя представителей следующих структур: НАТО, Европейский Союз, Лига арабских государств, Организацию Исламской Конференции, Движение неприсоединения.

Помимо США, в рабочей группе должны быть представлены все государства, которые готовы взять на себя шефство над восстановлением определенных отраслей иракского хозяйства. В рабочей группе должны быть представлены ближайшие соседи Ирака, а также Египет.

Рабочая группа должна постоянно присутствовать в Ираке. Ее штаб-квартира должна быть открыта в Багдаде - притом не в так называемой зеленой зоне - и иметь представительства в каждой из провинций. Рабочая группа должна тесно взаимодействовать с иракским правительством, при этом не выходя за рамки полномочий консультативной поддержки. Решающее слово должно принадлежать иракскому правительству и уполномоченным им организациям, институтам и службам.

Первостепенные мероприятия, которые рабочая группа должна предложить иракскому правительству, излагаются в порядке важности:

1. Освобождение заключенных и уничтожение тюрьмы Абу-Грейб. Таким образом будет устранен символ как диктатуры Саддама Хусейна, так и преступных действий американских военнослужащих. Эта мера, по возможности более публичная, призвана продемонстрировать работоспособность правительства.

2. Снос всех "техасских барьеров", уличных перегородок и пропускных пунктов. При этом возможна кратковременная эскалация насилия, с которым можно смириться, так как в среднесрочном периоде указанная мера приведет к тому, что повстанцам, и в первую очередь террористам, станет труднее рекрутировать новые кадры.

3. Полноценное, видимое и также демонстративное разделение между иракским правительством и американскими учреждениями и отказ от использования бывшего дворца Саддама в качестве резиденции. Тем самым будет подчеркнуто, что иракское правительство не является ни наследником системы Баас, ни марионеткой Вашингтона. Ни в какой общей инфраструктуре иракских и американских служб больше нет необходимости. Разделению подлежит также инфраструктура и казармы MNF и иракских сил безопасности.

4. Сокращение штата американского посольства до <нормальных> размеров - как в кадровом отношении, так и в объеме полномочий, задач и ответственности. Под видом посольства не должно быть устроено новое Временное коалиционное правительство под другой вывеской.

5. Заключение договора о размещении со всеми действующими в Ираке зарубежными вооруженными формированиями и концепция обязывающей "стратегии ухода". Статус, задачи, полномочия и права этих войск должны быть однозначно прописаны. Объем и характер вооружений должен быть точно определен. График должен быть разработан совместно.

6. Однозначное определение командных структур и задач для MNF и иракских сил безопасности. При этом иракские силы получают статус равноценных партнеров MNF, а не подчиненных им "подручных".

7. Подчинение MNF командованию НАТО или другой международной структуры.

8. Однозначное разделение функций внешней и внутренней безопасности. В существующих условиях внешняя безопасность может быть гарантирована только при помощи MNF, что распространяется и на среднесрочный период. При этом, поскольку американские войска воспринимаются населением как оккупационные силы, они должны быть размещены на внешних границах Ирака и заниматься предотвращением проникновения внутрь Ирака дестабилизирующих элементов. Восстановление внутреннего правопорядка делегируется иракским силам безопасности, для чего необходимо привлечь кадры прежних структур безопасности и вооруженных сил, однако без восстановления в должности чиновников в звании полковника и выше. Подключение добровольных формирований (курдские "пешмерга" и другие силы ополчения) производится по представлению иракского правительства.

9. Вывод всех иностранных частных служб безопасности из Ирака. Без разрешения иракского правительства никакие иностранцы не вправе носить оружие на территории страны.

10. Пересмотр всех распоряжений американского гражданского руководства таким образом, чтобы они либо были утверждены иракским правительством, либо были отменены. На практике многие из этих распоряжений ограничивают именно суверенитет Ирака.

Подтверждение или отмена иракским правительством всех договоров, заключенных Временным коалиционным правительством с иностранными фирмами и инвесторами. Таким образом достигается рыночное и построенное на конкуренции распределение заказов.

11. Отмена всех ранее предпринятых CPA распоряжений о приватизации государственной собственности. Только таким образом может быть предотвращено разбазаривание собственности Ирака. Освобождение конфискованных объектов городской социальной инфраструктуры и возвращение их иракскому народу (только после этого могут заключаться договора аренды).

12. Конкретные программы поддержки и восстановления с четким подчинением правительствам и организациям, принявшим на себя шефство.

В этом списке мер возможны варианты, и он нуждается в регулярном пополнении.

Мировое сообщество также должно осознать, что стабильность в Ираке достижима лишь при еще одном обязательном внешнем условии - окончательном разрешении палестино-израильского конфликта, закрепленного соответствующим договором.

В основу этого договора может быть положена как нынешняя "дорожная карта", так и - что предпочтительнее - "мирный план принца Абдаллы". Этот план, предложенный наследным принцем Саудовской Аравии в 2002 году, поддерживается всеми странами ЛАГ.

Он предусматривает: признание Израиля в границах 1967 года; признание государства Палестина со столицей в Восточном Иерусалиме; прекращение террора против Израиля; выход израильских войск с оккупированных территорий; свертывание всех еврейских поселений на территориях при условии, что отдельные лица еврейского происхождения могут там оставаться, если готовы интегрироваться в палестинское государство; возвращение палестинских беженцев или материальная компенсация их переселения; взаимоприемлемое урегулирование использования водных источников в регионе.

Важнее всего избежать затягивания процесса и предотвратить окончательное скатывание Ирака в гражданскую войну и хаос. Ответственность за это лежит на нынешнем американском правительстве, но ее разделяют также другие американские политики, равно как и ООН и ее члены. Следует приложить объединенные усилия к тому, чтобы правительство Буша отказалось от своего нынешнего внешнеполитического курса, убедившись в том, что Pax Americana как новый мировой порядок не принимается человечеством.

В недавнем интервью Die Zeit бывший канцлер Германии Гельмут Шмидт напомнил о роли России в мире, подчеркнув, что Вашингтон сегодня значительно больше угрожает миру, чем Москва. Хотя он не считает Путина демократом, он разочарован тем, что правительство США не желает воспринимать всерьез лидера возрождающейся России. От всех нас зависит, чтобы ситуация, описанная Шмидтом, как можно скорее изменилась к лучшему.

Перевод с немецкого

Оригинал опубликован на германском сайте Solon

По информации RPMonitor