С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Наталья Замараева

ПАКИСТАНО-АФГАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ (К ВИЗИТУ ПРЕЗИДЕНТА Х. КАРЗАЯ В ИСЛАМАБАД)"

10-11 июня 2011 г. состоялся официальный визит президента Афганистана Хамида Карзая в Исламскую Республику Пакистан. Фактически, это первые полномасштабные комплексные переговоры по широкому кругу проблем между двумя странами, начиная с осени 2008 г., после вступления в должность президента Асифа Али Зардари. Это, в свою очередь, дало ему право заявить, что, "поскольку к власти в Пакистане пришло демократическое правительство, "у нас никогда не было взлетов и падений" в отношениях с Афганистаном".

В целом, конечно, это справедливое утверждение относительно краткого периода времени на фоне исторической ретроспективы, которая, как известно, включала и разрыв дипломатических отношений между двумя соседними государствами. Последние годы характеризовались и открытой конфронтацией, и взаимными претензиями и т.д. Но, как заявил еще в апреле 2011 г. премьер-министр Пакистана Юсуф Раза Гилани во время визита в Кабул, "отношения между Пакистаном и Афганистаном претерпели "радикальные изменения", имеется в виду сравнение с периодом правления администраций генерала-президента Первеза Мушаррафа.

С заявлением премьер-министра можно соглашаться или не соглашаться, но стороны многократно встречались, обсуждали и в конечном итоге подписали Исламабадскую декларацию о реализации общей концепции совместного развития, процветания и мира между Афганистаном и Пакистаном (Islamabad Declaration on realizing the common vision of shared development, prosperity and peace between Afghanistan and Pakistan).

Несмотря на официальные почести высокому гостю, переговоры проходили в непростых условиях. Во-первых, Х. Карзай стал первым главой иностранного государства, посетившим страну после операции спецназа ВМС США по ликвидации Усамы бен Ладена в пакистанском городе Абботтабаде 2 мая 2011 г. Узнав об успехе операции, именно он заявил, что "вести борьбу с террористами следует на земле Пакистана, а не Афганистана, что и доказал рейд по захвату бен Ладена". Во-вторых, переговоры проходили на фоне недавнего заявления МИД Пакистана от 2 июня 2011 г. о недопустимости "трансграничного нападения с территории Афганистана, в котором участвовали 300-400 боевиков...". Бой продолжался в течение 36 часов между федеральными силами Пакистана и афганскими боевиками.

Опираясь только на последние заявления обеих сторон, многие аналитики рассматривали визит как "тестовый", т.е. проверка отношений между двумя странами. Необходимость диалога диктовалась новыми политическими реалиями в Афганистане - 23 марта 2011 г. президент Хамид Карзай объявил о начале переходного процесса в стране; планируемый вывод американских войск из страны и, будущее политическое устройство в Кабуле, и, соответственно, в регионе. Это и определило приоритеты пакистано-афганских переговоров, которые проходили по двум трекам: во-первых, политическому - активизация усилий по установлению мира с талибами после 10-летнего конфликта; во-вторых, экономическому: пакистано-афганские торгово-экономические отношения; совместные пакистано-афгано-центральноазиатские инфраструктурные проекты, вопросы гуманитарного сотрудничества двух стран и т.д.

Намеченный вывод американских войск будет проводиться поэтапно: в июле и декабре 2011 г. Значительные силы будут выведены, вероятно, в 2012 г., в преддверии президентской избирательной кампании в США. Завершающий этап вывода запланирован на 2014 г. Отрезок времени до 2014 г. каждая сторона будет использовать в свою пользу. Вашингтон давно ведет прямые переговоры с талибами, что вызывает крайнюю озабоченность Исламабада. Пакистанская газета "Dawn" писала 10 июня 2011 г., что "...мирный процесс все еще в стадии переговоров... Пакистан осознает, что он обойден в этом вопросе".

В дальнейшем Исламабад, крайне заинтересованный в укреплении влияния на Кабул, может "создать угрозу региональной безопасности и планам вывода в случае, если отдельные круги Исламабада подтолкнут афганских талибов для срыва планов вывода войск. Политическое решение, т.е. договоренности между различными группировками афганского и пакистанского движений Талибан с правительством Х. Карзая о будущем государственном устройстве Афганистана невозможно достичь без участия Исламабада.

В июне 2011 г. Пакистан передал президенту Х. Карзаю свои заверения, что не будет препятствовать процессу переговоров с Движением Талибан.

Исламабад официально поддерживал дипломатические отношения с Исламским Эмиратом Афганистан до событий 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке. В конце сентября того же года он полностью переформатировал свою политику в афганском вопросе, и стал основным союзником США и позднее Международных сил содействия безопасности (МСС) в борьбе против террористов в регионе. В то же время это не мешало Исламабаду "соглашаться" с пребыванием части афганских боевиков на территории Пакистана, в частности, на севере Белуджистана, а также в ряде пограничных с Афганистаном агентств Территорий племен федерального административного управления (ТПФУ) и закрывать глаза на их действия против тех же МССБ в Афганистане на протяжении последних 10 лет.

Еще в апреле 2011 г., во время визита в Кабул премьер-министра Пакистана Юсуфа Раза Гилани, проводились "консультации с президентом Карзаем о формах политического урегулирования и налаживании контактов с афганской общественностью и различными этническими и политическими группировками". Тогда же стороны договорились об учреждении двухуровневой Комиссии по примирению и установлению мира. Работа комиссии предусматривала два основных направления: политическое и военное сотрудничество. Гилани заявил, что "поддерживает "афганскую" позицию, направленную на политическое урегулирование в Афганистане, и предупредил, что не будет работать "вне формулы".

В июне 2011 г. в рамках переговоров официально было объявлено о создании Совместной пакистано-афганской комиссии. Стороны подтвердили комплексный подход к решению вопросов установления мира, развития и процветания своих народов и региона в целом.

Собственно, апрельский визит премьера Гилани в Кабул был продиктован крайней озабоченностью Исламабада заявлениями США об имевших место договоренностях с Х. Карзаем о размещении в Афганистане американских военных баз после вывода основных войск, Исламабад выступил против. Именно этим обстоятельством продиктовано "Совместное заявление о первом Совещании афгано-пакистанской совместной комиссии по примирению и установлению мира" 11 июня 2011 г., где говорится, что "...пакистанская сторона подтверждает принципиальную поддержку суверенитета Афганистана, его территориальную целостность, независимость и единство, а также строгое соблюдение принципа невмешательства и невторжения со стороны соседей Афганистана и международного сообщества".

Исламабад ревностно относится к любым внешним и внутренним инициативам в Афганистане. Возможность политического решения афганского вопроса при участии Пакистана дало толчок развитию экономических связей между Пакистаном и Афганистаном.

Вторым крупным вопросом общего формата пакистано-афганских переговоров были торгово-экономические связи. Х. Карзай прибыл в Исламабад с делегацией, насчитывавшей более 50 высокопоставленных чиновников и бизнесменов, заранее обещая насыщенную повестку дня переговоров. Они подтвердили намерение "предпринять практические шаги, направленные на расширение торгово-экономического сотрудничества в таких секторах экономики как энергетика, банки и финансы, в частности, начать консультации о создании совместной инвестиционной компании для осуществления совместных проектов развития в обеих странах; разработка месторождений полезных ископаемых, гидроэнергетические проекты и т.д.

Бизнес-сообщество в первую очередь было заинтересовано в реализации Афгано-пакистанского Транзитного Торгового Договора (АПТТД). Подписанный еще в октябре 2010 г., он требовал уточнения ряда спорных вопросов (в частности, пакистанская сторона поднимала вопросы о снижении высоких пошлин за ввоз местных товаров) и ратификации. 14 июня 2011 г. Соглашение вступило в силу. Пакистанская сторона заинтересована в увеличении импорта в Афганистан местной продукции, на что, собственно, и был ориентирован АПТТД, и президент Асиф Али Зардари заявил, что планирует увеличить товарооборот с существующих 2 млрд. долл. до 5 млрд. долл. к 2015 г.

Но, несмотря на масштабность договора, стороны предприняли дальнейшие шаги, направленные на предоставление "немедленного преференциального доступа на рынки Пакистана и Афганистана", в частности, договорились о создании специальных экономических и индустриальных зон.

Среди текущих совместных проектов были отмечены инфраструктурные проекты, такие как "модернизация железнодорожной и дорожной инфраструктуры. Близится к завершению строительство скоростного шоссе Торхам-Джелалабад и дальнейшее расширение этого проекта, т.е. строительство скоростной дороги до Герата".

Нехватка углеводородного сырья, зависимость от внешних поставок (Пакистан, например, обеспечивает только 30% внутренних потребностей) подталкивает и Пакистан, и Афганистан к сотрудничеству с центральноазиатскими странами, в частности, обе страны придают "большое значение скорейшему завершению строительства газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ), а также проекту CASA-1000 линий электропередачи.

Масштаб заявленных проектов, конечно, впечатляет, и часть их будет реализована, но в основе пакистано-афганских отношений сегодня лежит политическое урегулирование в Афганистане, иными словами, от Исламабада, который имеет рычаги влияния на афганских и пакистанских талибов, во многом зависит политика в регионе.

Замараева Наталья Алексеевна, кандидат исторических наук, специально для Интернет-журнала "Новое Восточное Обозрение".

По информации - Новое Восточное Обозрение

20.06.2011