С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

Георгий Ситнянский

АФГАНСКИЙ "БУФЕР": ХОРОШО ЗАБЫТОЕ СТАРОЕ?

9 июня 2011 г. в Казахстане открылась конференция на тему "Сценарии для Афганистана и трансформации региональной безопасности". Среди выступавших был и эксперт из Узбекистана О. Столповский, который предложил создать на севере Афганистана "буферную зону" между собственно пуштунскими территориями, на которых еще неизвестно что может произойти после ухода войск США из Афганистана, и Средней Азией. В качестве обоснования Столповский выдвинул три аргумента: во-первых, север Афганистана населен теми же этносами, что и Средняя Азия, т.е. узбеками, таджиками и туркменами (в Бадахшане есть и немного киргизов); во-вторых, как страны Средней Азии, так и Россия сумели наладить отношения с этими частями Афганистана; в-третьих, и сами северные афганские территории более заинтересованы в контактах с государствами Средней Азии, чем с остальным Афганистаном.

Идея не нова, тот же О. Столповский предлагал нечто подобное еще в 2009-м, а еще один из организаторов упомянутой конференции А. Князев - еще раньше, в 2007 г. Насколько, однако, идея североафганского буфера реальна и геополитически целесообразна? Представляется, что в поисках ответа на вопрос необходимо обратиться к истории.

Когда-то, в 1939 г., В. Молотов назвал Польшу "уродливым детищем Версальского договора", подразумевая, что значительная часть польских земель после 1919 г. оставалась в составе Германии, тогда как Польша получила ряд украинских, белорусских и литовских территорий. Не будем тут разбирать, насколько правильно это определение применительно к Польше, но вот Афганистан в нынешних границах вполне можно охарактеризовать как "уродливое детище российской и британской экспансии в Среднюю Азию".

В самом деле, до последней трети XIX в. государственные границы Афганистана и границы территории расселения этноса пуштунов примерно совпадали. Захват Британией в 1870-х гг. ряда земель, населенных пуштунами, и проведение в 1893 г. новой афганско-индийской (после 1947 г. - афганско-пакистанской) границы ("линия Дюранда") привели к тому, что пуштунский народ оказался разделенным: на 2006 г. 12 млн. пуштунов жило в Афганистане, 20 млн. - в Пакистане.

Россия же, поставив в 1868 г. под свой контроль Бухарский эмират, после конфликта из-за Мерва (нынешние Мары в Туркмении) с Афганистаном и стоявшей за ним Британией отказалась в 1885-1895 гг. от принадлежавших Бухарскому эмирату земель, населенных узбеками и таджиками, на южном берегу Амударьи, в обмен на отказ Афганистана от претензий на Мерв и Кушку. В итоге образовалось Афганское государство в нынешних границах, в котором узбеки, таджики и туркмены составляют до 40% населения.

В течение примерно 100 лет проблема такого этнического состава Афганистана внешне не проявлялась, однако потом она вышла наружу. Начнем с того, что именно эти афганские узбеки и таджики нанесли окончательный удар коммунистическому режиму в Афганистане после ухода советских войск: весной 1992 г., когда на сторону моджахедов перешел глава узбекской милиции Абдул Рашид Дустум, заключивший союз с одним из лидеров оппозиции - "панджшерским львом" таджиком Ахмад Шахом Масудом, объединенные силы узбеков и таджиков перешли в наступление и 27 апреля 1992 г. взяли Кабул. В июле таджик Б.Раббани стал президентом Афганистана. Пуштунские моджахеды во главе с Г. Хекматиаром игнорировали эти выборы, и в марте 1993 г. Афганистан фактически раскололся на узбекско-таджикский Север и пуштунский Юг.

Затем Дустум фактически создал свое государство на северо-западе Афганистана со столицей в Мазари-Шарифе. Это государство поддерживало хорошие отношения с официальным Ташкентом, имело и свое неофициальное представительство в Москве. Фактически "государство Дустума" стало продолжением Узбекистана на том берегу Амударьи.

В то же время Масуд, по некоторым непроверенным сведениям, мечтал о создании "Великого Таджикистана", в который должны были войти не только нынешний Таджикистан и северо-восток Афганистана, но и узбекский Мавераннахр с Бухарой и Самаркандом. Определенное историческое обоснование подобные претензии имеют - это было бы фактически восстановлением того же Бухарского эмирата в границах до русского завоевания; вот только править новообразованным эмиратом стали бы не представители узбекской племенной знати, как это было тогда, а таджики. Узбекам такая перспектива, естественно, не нравилась. В итоге в феврале 1994 г. Дустум порвал с Масудом и заключил союз с Хекматиаром.

Однако после того, как в конце 1994 г. на арене появилась новая политическая сила - талибы, а особенно после того, как в сентябре 1996 г. последние овладели Кабулом, узбеки и таджики Афганистана перед лицом общего врага заключили союз и остановили продвижение талибов на север. Антиталибская коалиция при этом получала поддержку от среднеазиатских государств, а также от России и Ирана.

Осенью 2001 г., как известно, режим талибов был разгромлен в результате военного вмешательства НАТО. Но в последние годы ситуация снова складывается, скорее, в пользу "Талибана". Для Средней Азии самое скверное тут то, что талибы угрожают распространить свое "возмездие" на население государств, поддерживающих действия антитеррористической коалиции. Уже имело место, например, их нападение в июле 2008 г. на кишлак в Хатлонской области Таджикистана. Да и вообще, примерно с 2007 г. дестабилизация стала все больше затрагивать и афганский север. Вообще, с 2008 г. талибы перенесли боевые действия из южных и восточных районов страны практически на всю ее территорию.

Поэтому сейчас снова актуальным стал вопрос о создании в Северном Афганистане буфера стабильности для Среднеазиатского региона. Это стало бы гарантией против распространения на Север Афганистана пуштунского господства (если после ухода НАТО победят талибы - читай: господства "Талибана"). Но для этого необходимы усилия всех стран региона и России. Кстати, Афганистан готов принять на своей территории российских инженеров и техников для реконструкции построенных в 1980-х гг. при участии СССР объектов (преимущественно расположенных как раз на Севере). Но все это де-факто будет означать возвращение Северного Афганистана в Среднюю Азию, от которой он был отрезан в 1885 г.

Мы уже писали о трех проектах интеграции в Среднеазиатском регионе, в частности, о паниранистских амбициях Ирана, который все же был бы лучше "Талибана" не только для России и стран региона, но даже для США. В этот проект может войти и таджикская часть североафганского буфера. Что касается узбекской части Северного Афганистана, то она, возможно, так или иначе, попадет в сферу влияния Узбекистана. В самом Ташкенте много говорят о создании зоны стабильности в Северном Афганистане в узбекистанских интересах. Собственно, процесс уже пошел в этом направлении. Если внутренние конфликты в Афганистане не прекратятся, то рано или поздно США и их союзники переложат поддержание внутренней стабильности в Афганистане на плечи кого-то другого, ограничившись финансовой поддержкой и, может быть, действиями авиации. И действительно, если еще в середине 2000-х гг. США были против среднеазиатской региональной интеграции с участием Афганистана из опасения превращения последнего в сферу влияния России или Китая, то сейчас они стали менять свое отношение к этому вопросу.

Так или иначе, "кем-то другим", необходимым для поддержания афганской стабильности, скорее всего, станет именно Узбекистан, хотя, как представляется, без поддержки, как минимум, Таджикистана (на долю которого приходится значительно большая протяженность границ с Афганистаном, чем на долю Узбекистана) ему не обойтись. Другой вопрос, зайдет ли при этом речь об узбекско-таджикской интеграции.

Как бы то ни было, как Узбекистан, так и Таджикистан оказываются заинтересованными в создании буферного образования в северной части Афганистана, и эту уверенность с ними должны разделять и остальные государства региона и Россия.

Ситнянский Георгий Юрьевич, кандидат исторических наук, научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН, специально для Интернет-журнала "Новое Восточное Обозрение"

По информации - Новое Восточное Обозрение

20.06.2011