С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

. . . . . . . .

. . . . . . . .

Вячеслав Белокреницкий

РЕЗНЯ В МУМБАИ И ОБОСТРЕНИЕ БОРЬБЫ ЗА ВЛАСТЬ В ПАКИСТАНЕ

Вячеслав Яковлевич Белокреницкий - доктор исторических наук, профессор, заведующий отделом стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН.

События, связанные с террористическим погромом, учиненным 26-28 ноября группой хорошо подготовленных боевиков в крупнейшем индийском городе Мумбаи (Бомбее), выявили раскол в правящих кругах Пакистана.

Касаясь теракта, следует отметить, что у большинства наблюдателей нет оснований не доверять индийской стороне, которая сообщила, что за его организацией стоят исламисты, окопавшиеся в Пакистане. Недавние конфиденциальные переговоры между индийскими руководителями и ответственными представителями американской администрации также, судя по сообщениям индийской печати, не оставляют сомнений в пакистанском следе.

Оставшийся в живых террорист, называемый в печати по разному, то Амджад Амир Камал, то Амир Касаб, рассказал следователям, по словам полиции, что входил в группу из 10 диверсантов, подготовленных в Азад- Кашмире (контролируемой Пакистаном территории бывшего княжества Джамму и Кашмир) известной исламистской радикально-террористической группировкой "Лашкар-е-тоиба" ("Армия чистых"). С севера на юг Пакистана, как передают его слова полицейские чины Мумбаи, будущие исполнители теракта переехали на поезде без оружия, и лишь отплыв из Карачи в море, получили автоматы Калашникова, скорострельные пистолеты и взрывные устройства. Захватив индийскую рыболовную лодку недалеко от Мумбаи, они расправились с его командой, состоявшей из пяти человек, и вечером 26 ноября, никем не замеченные, высадились на берег в порту города. Разделившись на четыре группы, они проникли на территорию двух фешенебельных гостиниц - исторической Тадж Махал и современной Оберой-Трайдент - и стали прочёсывать их, убивая постояльцев и охотясь за иностранцами, особенно американцами и англичанами. Объектами террористической атаки стали также популярное у мумбайской элиты кафе "Леопольд", железнодорожный вокзал и центр еврейской общины города Нариман хаус. Всего, по последним данным, террористами было убито 183 человека, из них 22 иностранца, и ранено свыше 300 человек. Трагедия продолжалась 60 часов, вызвав в Индии шок и всеобщее осуждение. Такой же была реакция и за границей.

Премьер-министр Индии Манмохан Сингх и другие высокопоставленные лица уже в первых публичных высказываниях указали на иностранный след преступления, а затем и прямо связали его с группами, действующими в Пакистане. Пакистанские власти, президент Асиф Али Зардари, премьер Юсуф Раза Гилани, немедленно осудили теракт и предложили помочь в его расследовании. Вместе с тем, шумиха, поднятая в индийских СМИ по поводу причастности Пакистана к злодейскому преступлению, привела к мобилизации пакистанского общественного мнения. Обвинения индийской стороны были восприняты как привычная реакция винить Пакистан во всех террористических актах, попытка отвести удар от себя, оправдать провал собственных служб безопасности.

Взаимное ожесточение, возникшее во время событий, к счастью, не привело к концентрации приведенных в боевую готовность вооруженных сил двух государств на границе между ними, наподобие того, что произошло после серии терактов в мае - июне 2002 г. Вместе с тем, определенное негативное влияние на развитие диалога между Индией и Пакистаном эта крупная террористическая операция, безусловно, окажет. Уже объявлено, что переговоры по ряду частных спорных вопросов (леднику Сиачин, принадлежности Сир Крика в устье Инда и др.), активно проводившиеся в последнее время, отложены на неопределенное время. Весь процесс комплексного диалога двух соседей, начавшийся в 2004 г., будет "подморожен".

Главная причина этого состоит, по-видимому, в желании Индии убедиться в надежности Пакистана как партнера, получить от него доказательства борьбы с экстремистами, гарантий того, что с его территории не будут совершены новые террористические атаки. Такая озабоченность вполне оправдана. Средствам массовой информации стало известно, что Индии, по некоторым сведениям, теперь угрожает нападение с воздуха, поэтому по всей стране усилена охрана аэропортов, усилены меры безопасности, особенно тщательную проверку проходят пассажиры из Пакистана.

Между тем, в Исламской Республике Пакистан обостряется противостояние между гражданскими властями, пришедшими к власти после проведенных 18 февраля 2008 года парламентских выборов, и военными, в первую очередь той их частью, которая принципиально не согласна с участием страны в проводящейся пакистанским правительством под давлением США "борьбе с терроризмом".

Коллизия интересов стала очевидна летом 2008 года, когда правительство еще при президенте Первезе Мушаррафе попыталось поставить могущественную Межведомственную разведку Пакистана (InterService Intelligence - ISI) под контроль Министерства внутренних дел. Тогда из затеи ничего не получилось, но не исключено, что противодействие ей бывшего генерала Мушаррафа заставило его затем подать в отставку.

Накануне событий в Мумбаи премьер-министр Гилани официально объявил о ликвидации политического департамента ISI, который, по общему мнению, активно вмешивался в политические процессы в стране со времен М.Зия-уль-Хака. Еще одним свидетельством борьбы нужно считать недавнее решение президента Зардари о роспуске Совета национальной безопасности, созданного при Мушаррафе для придания законности участию военных в решении общегосударственных дел.

О противоречиях в действиях гражданской и военной ветвей власти могут свидетельствовать и некоторые подробности поведения пакистанских верхов в период кризиса в Мумбаи. Реагируя на поступающие из Индии известия, премьер Гилани заявил, что направит в Индию начальника Межведомственной разведки генерала Пашу для оказания помощи в расследовании. Однако после визита, который начальник штаба армии генерал Кияни нанес президенту Зардари, это намерение было забыто.

Характерным можно считать и такой штрих. В разгар мумбайских событий в Индии с официальным визитом находился министр иностранных дел Пакистана Шах Махмуд Куреши. Казалось, что у него не было намерения оборвать свой визит, но военные прислали самолет, на котором спешно вывезли министра.

Сложившееся в Пакистане двоевластие весьма тревожно. Считается, что помимо законной гражданской власти в стране действуют другие центры силы и влияния - армия, разведка, радикал-исламисты. Исход борьбы между ними неясен, а на кону стоит очень многое. Во-первых, это судьба Афганистана, где местные исламисты - талибы - постепенно усиливают свое давление на правительство и продолжающий расти контингент американских и натовских войск (их величина скоро достигнет 70 тысяч, то есть приблизится к численности советских войск в Афганистане в 80-х годах ХХ века). Во-вторых, это проблема ядерного оружия Пакистана, находящегося в руках военных (согласно оценкам, оно состоит из 85 ядерных зарядов).

По двум этим причинам будущее Пакистана не на шутку взволновало американские правящие круги. В опубликованном на днях докладе Конгресса США Пакистан назван страной, из которой для Америки может исходить наиболее серьезная угроза. Не случайно после визита в Индию Кондолиза Райс направилась в Пакистан. Туда же прибыл глава Комитета начальников штабов адмирал Майк Маллен.

Неясность положения обусловливается примерным равенством сил противоборствующих в Пакистане сторон. Армия, разумеется, может при желании совершить очередной военный переворот, но в этом случае ей трудно рассчитывать на признание своей власти внутри страны и особенно за ее пределами. Гражданская же администрация не имеет достаточной опоры в армейской среде. В наступлении на позиции военных она опирается на поддержку извне, прежде всего со стороны США.

Нынешние политические руководители Пакистана не могут не считаться с непопулярностью заокеанских партнеров у себя на родине. По опросам, проводимым международными агентствами, одобряют политику США обычно не более 20% пакистанцев. Весьма непопулярна в обществе кровопролитная война, которую приходиться вести пакистанским регулярным частям в горной местности на границе с Афганистаном. В армии она настолько непопулярна, что число дезертиров приблизилось к тысяче. И хотя в качестве противников армии и служб охраны порядка выступают также не пользующиеся широкой поддержкой радикалы-исламисты, сопровождающие войну жертвы среди местного мирного населения вызывают отторжение. Его подогревают периодически поступающие сообщения о нарушении американскими беспилотными самолетами воздушного пространства Пакистана, о бомбовых атаках пакистанских селений, приводящих к уничтожению не только боевиков, но и неповинных жителей.

Все это определяет двойственность в политике Пакистана, запутанность противоречий, раздирающих страну. Ее экономика страдает от жестокого кризиса, периферия государства (Азад Кашмир, полоса пуштунских племен) плохо контролируется властями, а в центре идет борьба за контроль и влияние. Немалую роль в ней играют внешние силы как государственные (США и их союзники), так и негосударственные (исламистский интернационал).

Трудно предсказать результат этой схватки, но ясно, что от её исхода во многом будет зависеть не только региональная, но и мировая ситуация.

По информации "Фонд стратегической культуры"

07.12.2008