С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

. . . . . . . .

. . . . . . . .

Андрей Володин

КИТАЙ И ИНДИЯ: СОВМЕСТНОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ МИРОСИСТЕМЫ XXI ВЕКА

13-15 января 2008 года состоялся визит премьер-министра Индии Манмохана Сингха в Китай. В качестве руководителя правительства М. Сингх посетил КНР впервые. Накануне встречи в Пекине лидеров двух великих азиатских государств журналисты и политологи не скупились на прогнозы самого разного свойства.

"Times of India", отмечая, что два сверхкрупных общества, китайское и индийское, взятые вместе - это 40% мирового экономически активного населения и около 15% мирового ВВП, подчеркивала: совсем скоро объем индийско-китайской торговли превзойдет товарооборот Индии и США. Одновременно индийские экономисты отмечают, что главная для Индии проблема в экономических отношениях с Китаем - это диверсификация экспорта как фактор уменьшения дефицита в торговле с КНР; в 2006/2007 финансовом году он составил 9,2 млрд. долл., а в 2007/2008 году этот показатель, как ожидают, может увеличиться до 12-14 млрд. долл. (в торговле со своим основным пока партнером, США, Индия имеет профицит в 7,1 млрд. долл.).

Индийские эксперты по экономической безопасности накануне визита М. Сингха отмечали также, что в стране развивается политически опасный "синдром зависимости" от Китая в некоторых критически важных секторах хозяйства, в частности, в производстве трубопроводного оборудования, трансмиссионных устройств радио- и телефонной связи, автоматических систем обработки информации и т.п. Одновременно индийские предприниматели сетовали на "непроницаемость" китайского рынка фармацевтической продукции и обращали внимание на высокую конкурентоспособность своих изделий, 40% производства которых экспортируется в развитые страны.

Выражались надежды на уменьшение "дефицита доверия" между двумя странами, оставшегося в наследство от индийско-китайского вооруженного конфликта 1962 года. Редакционная статья в газете "Indian Express" обращала внимание на слова М.Сингха о Китае как о главном "объекте" "восточной политики" Индии ("Look East Policy"). Своеобразным развитием данного тезиса стали слова авторов из "International Herald Tribune": "Азия достаточно просторна, чтобы переварить амбиции обоих поднимающихся государств". Вместе с тем бытующее на Западе понимание индийско-китайских отношений как сложной "игры-борьбы", в которой незримо присутствуют интересы Америки, вынудило официальный Дели специально заявить: Индия не состоит "уполномоченным" по делам Вашингтона в его проблемах с Китаем. "Я дал ясно понять китайскому руководству, - заявил М.Сингх, - что Индия не является участником каких-либо проектов по сдерживанию Китая".

В то же время накануне визита индийские официальные лица всячески стремились "остудить" завышенные ожидания от саммита, подчеркивая перегруженность повестки переговоров "прошлыми обидами и новыми вызовами". Сам М.Сингх ясно сознавал: китайцы, как правило, не используют переговоры на высшем уровне для обсуждения дискуссионных "деталей". Согласно представлениям Пекина, улучшение отношений в верхах способно укрепить структуры безопасности в поле взаимодействия двух наиболее населенных государств мира и, в конечном счете, стимулировать экономический рост Китая. На этом "поле" располагаются проблемы энергетической безопасности, противодействия терроризму, изменения климата и т.д. Это, как отмечается в обеих столицах, - пространство "слияния интересов и идентичности целей".

Помимо решения сугубо политических задач, визит Манмохана Сингха в Китай имел и интеллектуально-научное измерение: 15 января индийский премьер выступил с докладом на тему совместимости экономического роста и социальной справедливости в Академии общественных наук Китая. Обращаясь к представителям интеллектуальной элиты КНР, М.Сингх, как писала газета "Hindu", вынашивал оригинальный стратегический замысел, а именно: внимательнее присмотреться к следующему поколению руководителей северного соседа, к их взглядам на будущее индийско-китайских отношений.

По мнению индийских политологов, новая генерация лидеров КНР будет меньше обременена памятью о конфликте 1962 года, будет придавать больше значения трансграничной торговле и формированию новой модели внешнеэкономических связей с возможным участием сопредельных стран ("Региональное торговое соглашение"). Подобный подход, как полагают аналитики в Дели и Пекине, поможет в будущем снять возможное напряжение в китайско-индийских отношениях, способное возникнуть вследствие активного наращивания обеими странами влияния в стратегическом "подворье" другой стороны (Индия - во Вьетнаме и Сингапуре, Китай - в Мьянме (Бирме), Бангладеш и Шри-Ланке).

Как показал визит, тактика "заниженных ожиданий" полностью себя оправдала. Помимо более десятка подписанных соглашений, Индия и Китай взяли на себя обязательство развивать сотрудничество в освоении атомной энергии (что может оказаться весьма кстати для правительства М.Сингха в диалоге с многочисленными противниками американо-индийской "ядерной сделки" внутри страны) и в поисках "справедливого, разумного и взаимоприемлемого решения" пограничной проблемы. Помимо этого, Индия подтвердила верность политике "одного Китая", а КНР на высшем государственном уровне поддержала Индию в стремлении стать постоянным членом Совета Безопасности ООН. Символично и обязательство обеих сторон увеличить взаимный товарооборот к 2010 году до 60 млрд. долларов (ранее намечалось "всего" 40 млрд. долл.).

Бесспорно, важным событием в ходе визита стало подписание премьерами Индии и Китая стратегического документа "Совместное видение XXI века". Оценивая высказывания премьера Вэнь Цзябао ("Мы партнеры, а не соперники. Мы должны научиться уважать и понимать друг друга, доверять друг другу"), в свете небыстрого прогресса в решении китайско-индийского "территориального спора", китайский официоз "China Daily" писал, что было бы "нереалистично" ожидать решения столь сложной проблемы от одной встречи, даже на высшем уровне. А проницательный Индер Мальхотра (Inder Malhotra) подчеркнул: "Во многом из-за изменения матрицы развития мирового порядка отношения двух азиатских гигантов не могут не быть сложной амальгамой сотрудничества и конкуренции, даже соперничества. Время конъюнктурных, эпизодических обменов, лишенных долгосрочной перспективы, безвозвратно прошло".

Перспективное видение "слоном" и "драконом" сложной мировой ситуации зримо проявилось и в обсуждении "пакистанской тематики". Как многозначительно отметил М.Сингх, "крупные и сложные сообщества, Индия и Китай, способны демонстрировать преимущества политической сдержанности и мирного сосуществования".

Выступая с научным докладом в Академии общественных наук, М.Сингх плавно подводил слушателей к мысли о том, что, действуя совместно, Индия и Китай, в конечном счете, лишат страны евро-атлантического ареала статуса "центра глобальной экономической гравитации": "Мы переживаем интригующий момент мировой истории, - подчеркнул индийский премьер, - когда центр притяжения мировой экономики перемещается в Азию". Основную угрозу развитию мира, продолжил М.Сингх, Индия видит в экстремизме всякого свойства, будь то "религиозный пассионаризм" или насильственное "устранение исторических несправедливостей". Обозреватели не преминули отметить новизну подхода обоих азиатских гигантов к современной мировой политике. "В отличие от Америки, увязшей в иракской трясине и в [горах] Афганистана, - пишет И.Мальхотра, - Китай справился с внешними вызовами и внутренними проблемами исключительно за счет факторов soft power".

Углубление отношений стратегического партнерства двух сверхкрупных держав современного мира наверняка вызовет вопросы в Кремле. Например, такие: почему в ходе китайско-индийской встречи на высшем уровне никак не звучала тема "треугольника" Китай - Индия - Россия? Как видят новые лидеры мировой экономики место России в глобальной конфигурации сил с учетом переноса центра тяжести мирового развития из Западного полушария в Восточное? За счет чего России выгодно интегрироваться в мировое хозяйство вообще и в азиатскую экономическую систему в частности? что помимо нефти, газа и древесины может использовать Россия как стратегический ресурс геополитического влияния?

Значимые сами по себе, эти вопросы приобретают дополнительное значение ввиду предстоящих выборов Президента России.

по информации "Фонд стратегической культуры"

19.01.2008