С В Е Т

РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

А Н А Л И Т И Я

София Пале

МЬЯНМА ДЕЛАЕТ ВЫБОР

В августе 2016 г. состоялся официальный визит министра иностранных дел Мьянмы и государственного советника (главный пост в правительстве – прим. авт.) Аун Сан Су Чжи в Китай. Это ее первый визит в КНР в новой должности, которую она получила после победы своей партии «Национальная лига за демократию» (НЛД) на парламентских выборах в 2015 г. Тогда многие задавались вопросом: какой внешнеполитический курс изберет обновленная Мьянма – проамериканский или прокитайский?

Аун Сан Су Чжи, лидер демократической оппозиции военному правительству, удерживавшему власть в стране с 1988 г., борец за права человека и лауреат Нобелевской премии мира 1991 г., в свое время казалась очень прозападным деятелем. При этом, как ни странно, ее весьма ценят в КНР. Будучи прагматичным политиком, она всегда понимала, какое значение имеют для Мьянмы отношения с Китаем, и по мере сил способствовала их развитию, рискуя порой даже своей репутацией правозащитника. Так, в 2013 г. Аун Сан Су Чжи возглавляла парламентскую комиссию, расследовавшую дело китайской компании «Ваньбао», которую обвиняли в незаконном отъеме земель у мьянманских граждан с целью разработки медного месторождения. Тогда Аун Сан Су Чжи добилась, чтобы «Ваньбао» позволили продолжать свою деятельность. Пекин оценил такое расположение: китайская пресса была полна добрых отзывов о лидере мьянманской оппозиции, а выборы 2015 г. НЛД выиграла при явной китайской поддержке.

Таким образом, в момент прихода к власти Аун Сан Су Чжи имела поддержку как США, так и КНР, и ей предстояло проложить свой курс между этими полюсами к максимальной выгоде для Мьянмы. То, что первая страна, которую посетила новый государственный советник, именно Китай (не являющийся членом АСЕАН) может свидетельствовать о том, что выбор сделан. Стоит также отметить, что китайский министр иностранных дел Ван И совершил визит в Мьянму 5 апреля 2016 г. – через пять дней после церемонии приведения к присяге нового мьянманского правительства под руководством НЛД. Он стал первым главой МИД, посетившим Мьянму после этого знаменательного события, и этот факт свидетельствует о том, что не только Мьянма склоняется в сторону КНР, но и Поднебесная также заинтересована в развитии отношений с этим государством.

Это неудивительно: природные ресурсы и географическое положение Мьянмы делают ее стратегически важной для Китая, желающего поменьше зависеть от танкерных поставок через перегруженный и опасный Малаккский пролив. Мьянма сама обладает значительными углеводородными ресурсами, а также через ее территорию проходит транзит ближневосточных нефти и газа от портов на побережье Индийского океана. Уже много лет Китай инвестирует большие средства в нефтегазовую индустрию и инфраструктуру Мьянмы. Строятся трубопроводы, развиваются порты, финансируются различные проекты. Последние 20 лет Китай стабильно оставался крупнейшим инвестором в мьянманскую экономику, вложив в нее десятки миллиардов долларов, а взаимный товарооборот между странами достиг максимума в 2015 г. и составил $20 млрд.

При этом стоит вспомнить, что до недавнего времени (до 2010-2011 гг.) Мьянма находилась под гнетом западных санкций, что также способствовало развитию отношений с Китаем. Теперь, когда к власти пришло новое демократическое правительство, западные корпорации стали проявлять повышенный интерес к инвестициям в различные проекты Мьянмы. Однако у страны уже сформировалась стойкая привычка вести дела с Китаем, дополненная традиционным недоверием к странам Запада. Кроме того, хоть Мьянма теперь и открыта для любых иностранных инвесторов (в числе самых значительных, кроме КНР, можно назвать Сингапур, Таиланд, Гонконг и Великобританию), и хоть теперь ничто не препятствует американским компаниям нести в страну свои капиталы, есть еще один фактор, самый важный: учитывая свои стратегические интересы, Китай просто готов вкладывать в Мьянму больше денег, чем кто бы то ни было. Это перевешивает все политические и культурные факторы. Конечно, США, много лет оказывавшие поддержку НЛД и Аун Сан Су Чжи, могут получить в Мьянме хороший прием и различные преференции, однако рассчитывать они могут только на второе место, – КНР все равно будет впереди. Ведь у Америки от влияния в Мьянме зависят различные не всегда ясные военно-политические интересы, а у Китая на кон поставлена энергетическая безопасность, а значит, Китай готов потратить здесь больше.

Следует отметить, что кроме финансов у Китая есть еще один рычаг воздействия на Мьянму, более жесткий. Это группировки сепаратистов, с которыми правительство Мьянмы борется уже много лет. 60 лет страну раздирала гражданская война, в основе которой лежало противостояние правительства с повстанческими отрядами коммунистов. Эта война вовлекла в себя различные национальные меньшинства Мьянмы, которые продолжали вооруженную борьбу с правительственными войсками еще многие годы после разгрома коммунистов и их изгнания в Китай. На протяжении всей войны партизаны-коммунисты, а также этнические группировки, союзничавшие с ними, пользовались тайной поддержкой КНР. Война угасла благодаря принятию в 2008 г. Конституции, учитывавшей интересы всех народностей и давшей им значительную автономию. Каждая народность получила возможность сформировать свою партию, представленную в парламенте Мьянмы, а незаконные вооруженные формирования получили амнистию и влились в ряды мьянманской армии. Однако периодически небольшие конфликты продолжают вспыхивать.

По некоторым данным, большинство ныне действующих сепаратистов тесно связаны с Китаем. Следует отметить, что беспокойнее всего в районах у китайской границы. Более того, среди национальных меньшинств Мьянмы, от имени которых действуют этнические группировки, есть и китайцы. О том, что китайские сепаратисты в штате Шан получают помощь из КНР, власти Мьянмы официально заявили в 2015 г. Это привело к ухудшению отношений тогдашнего правительства с Китаем и могло поспособствовать тому, что Пекин поддержал на выборах оппозицию. Некоторые официальные лица открыто заявляли, что Китай использовал свое влияние среди сепаратистов, чтобы сорвать мирные переговоры между ними и прежним правительством Мьянмы. Это произошло как раз перед выборами 2015 г. и нанесло заметный удар по популярности мьянманского руководства, став одной из причин его поражения.

Вероятно, Китай и дальше намерен использовать свои связи среди повстанцев, чтобы воздействовать на новое правительство Мьянмы. По словам Аун Сан Су Чжи, во время ее августовской поездки она и руководство КНР обсуждали только вопросы экономического сотрудничества. Однако нельзя забывать, что 31 августа 2016 г., очень скоро после ее визита в Китай, начала работу мирная конференция в Нейпьидо, на которой собрались представители всех этнических групп Мьянмы, чтобы обсудить новое, федеративное устройство Мьянмы и прочие вопросы, долгие годы мешавшие мирному сосуществованию. О значении этой конференции говорит присутствие на ней генерального секретаря ООН Пан Ги Муна. Если благодаря этой конференции в Мьянме настанет наконец прочный мир, это будет величайшей политической победой Аун Сан Су Чжи и ее правительства и важнейшей вехой в истории всей Мьянмы. Можно предположить, что именно предстоящую конференцию глава мьянманского правительства и обсуждала с китайскими коллегами. В том числе и те уступки, на которые Мьянма должна пойти по отношению к КНР, чтобы прокитайские повстанцы «вели себя хорошо» и не сорвали переговоры, как в 2015 г.

Многие годы идет борьба между КНР и США за влияние в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Каждая страна региона становится объектом противостояния. Если говорить о Мьянме, то в данном случае Вашингтон явно проигрывает, поскольку слишком многое теперь в Мьянме зависит от доброй воли КНР.

София Пале, кандидат исторических наук, научный сотрудник Центра Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании ИВ РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».

По информации - Новое восточное обозрение

18.09.2016